Пальцы механически перевернули страницу, взгляд уперся в последнюю, сделанную женской рукой воздушную запись:
«Завтра утром уезжаем с мужем из княжества. Я очень его люблю.
Теперь всё у нас будет хорошо».
Сердце согрело тепло.
Откуда-то накатило необъяснимое понимание, что Летта – жива. И
вместе с возлюбленным наладила быт под новым именем где-то очень далеко. Она счастлива, растит детей и занимается тем, чем мечтала с самого детства – открыла маленькую цветочную лавку. Обратно рискнувшая всем внучка Рейнара уже не вернётся.
Теперь я – это она. Мне принимать наследие, доставшееся Летте.
Полностью стать ею я не смогу, но характеры у нас похожи. Я тоже не привыкла сдаваться без боя, готова бороться за мечту и раз уж пообещала возродить всеми забытое северное княжество, непременно сдержу своё слово.
Зевнув, потерла красные, воспаленные глаза и сунула девичий дневник под подушку. Летта так торопилась тем утром покинуть поместье, что забыла его в кабинете дедушки. Или может в тот момент она не придала дневнику особого значения, решив, что запертый на магический замок он всё равно никому не раскроет своих секретов.
«Так или иначе, я сохраню твою тайну», мысленно поклялась упрямой хозяйке поместья. А заодно буду молчать и о своих.
Гхм, одной загадкой действительно стало меньше. Правда, учитывая как много их в последнее время меня окружает, это особо не радовало.
Почему я переместилась в этот мир?
Кем на самом деле является беловолосый мужчина, после безумного поцелуя которого у меня на запястье расцвела узорная метка?
Что за проклятие удерживает князя-дракона в замке на Скале?
И как реагировать на странное предсказание старушки-гадалки, заявившей, что только Я могу спасти правителя княжества?!
Через шторы проникали отблески зимнего утра.
Бледные рассветные краски плескались в снежных облаках, предвещая ясный, морозный и ветреный день. От неудобной позы всё тело затекло.
Устало потянулась и откинула голову на подушку.
Спать не планировала.
Думала, поваляюсь около часа в теплой постели и отправлюсь принять ванну.
… Из крепкого сна выдернули настойчивые крики, гомон и ор, доносившиеся из внутреннего двора. Их уверенно перекрывал грозный бас
Теда, просивший всех успокоиться и запастись терпением. Подействовало.
Крики ненадолго прекратились.
Заторможено откинув одеяло, приподнялась и смахнула с лица густые, запутанные локоны. Зимнее солнце просачивалось через плотные портьеры, заливая спальню полуденным серебром.
