- А то, что вы сделаете Дубору отвратительную рекламу, вас не смущает?
После его неожиданного заявления – любезничать с ним пропало желание.
- Не понял?
- Спасибо за визит, мсье Рок, - я выпрямилась, складывая пальцы замком. – Но бревна не продаются.
- Что вы сказали?
- Вы слышали. Я не продам бревна тому, кто сознательно порочит имя местного князя и всё северное княжество, называя его «проклятым».
- Но проклятие существует! – Взорвался Идан, пораженный моим отказом. – Все это знают.
- Кто?
- Все, мадам Рейнар.
Видимо, кроме вас. Оглянитесь, - он махнул к разукрашенному морозными узорами окну, за которым кружились снежные хлопья.
Погода опять изменилась. За полчаса беседы, солнце поглотили пепельные облака; стеной повалил мокрый снег.
- Когда в последний раз над Дубором светило солнце, пели птицы, а в полях вызревала пшеница? Два года назад? Три, десять лет?
- Это не доказательство.
- Снег, который лежит тут по одиннадцать месяцев в году, морозы и метели даже летом, тоже, по-вашему, не доказательство?
- Всего наилучшего, мсье, - холодно повторила мужчине в лицо.
Которое за долю секунды из красивого превратилось в надменную, высокомерную маску.
- Летта, вы делаете большую ошибку, - он тоже выпрямился и теперь смотрел прямо в глаза.
- Ошибку?
- Княжество гибнет. Жители бегут от голода и зимы. Еды на всех не хватает. И при этом вы отказываетесь от заказа, способного принести вам хорошую прибыль?
- Отказываюсь, господин Идан, - выдавила, осознавая, что мерзавец прав до последнего слова.
Но переступить через себя уже не могла. – Была рада познакомиться.
Он с минуту буравил меня прищуренным взглядом, затем схватил пальто и трость и, шагнув к порогу, прорычал:
- Я крайне разочарован. Провожать меня не надо.
И исчез из кабинета.
Я долго не двигалась, напоминая себе натянутую лучником тетиву –
тронь и лопну с гулким звоном, а потом обессиленно рухнула в кресло и уронила голову на ладонь.
Может, Рок прав, и я полная дура, раз отказалась от хороших денег ради спасения репутации князя-дракона и княжества, которое все безнадежно забыли?
- Госпожа, - робкий голос Бена прервал неприятные размышления.
Он осторожно сжал мое плечо в утешающем жесте, выдержал паузу и, позволив мне всхлипнуть, тихонько признался. – Я вами горжусь.
- Правда? – Просипела, из последних сил сглатывая слезы.
- Клянусь жизнью. Никто за последние годы еще ни разу не встал на защиту княжества, мадам. И особенно Его Светлости. Спасибо. Вы истинная дочь этих земель.
