Отправь туда слуг, мне тебя, что ли, учить? – Инесс раздраженно вздернула нос. – У тебя есть целых три дня, все иди!
Герцогиня махнула рукой и отвернулась, показывая, что аудиенция окончена. Диане пришлось молча выйти. Но она не могла отделаться от необъяснимого тревожного чувства. Оно засело в груди колючим комком, стоило лишь услышать о возвращении брига. Если возвращается “Бурерожденный”, значит, возвращается и Джерард. Мужчина, по которому она в тайне сходит с ума, и с которым не хочет встречаться.
Выходя замуж за Ормонда, Диана уверяла себя, что ничего не испытывает к Джерарду.
Ну, разве что раздражение от его королевских замашек. Она надеялась, что долгое отсутствие принца вернет ей душевный покой. И вроде бы так и было. Но сегодня слова Инесс разбередили старую рану.
– Так, хватит думать о нем! – разозлившись, Диана ущипнула себя за руку и ойкнула от боли. – Я замужем, он – почти женат. У нас нет ничего общего!
– Это вы о ком, милочка? – прозвучал за спиной мужской голос.
Диана резко обернулась.
Позади стоял знакомый хлыщ в бархате и шелках.
– А, это вы, барон ди Вильясс, – пробормотала она, отступая.
Барон уже давно оказывал ей знаки внимания, и его ничуть не смущало, что она замужем.
– Рауль, для тебя просто Рауль, красавица, – он широко улыбнулся.
Диана поспешила увеличить расстояние между ними. Еще не хватало, чтобы этот любвеобильный “Ромео” зажал ее здесь, где в любой момент могут увидеть слуги.
– Господин Рауль, позвольте пройти, я очень занята.
– И чем же таким ты занята? – он снова предпринял попытку приблизиться.
– Может, я смогу тебе помочь?
– Нет, вы точно мне не поможете, – пробормотала она, обходя его по широкой дуге, благо что в коридоре было достаточно места. – Хорошего дня, господин Рауль.
Диане пришлось приложить усилие, чтобы удалиться с гордо поднятой головой, а не сбежать, сверкая пятками.
Рауль ди Вильясс был одного с ней возраста и вел себя примерно так же, как “золотая” молодежь из ее прежнего окружения. Но если в прошлой жизни Диану это не задевало, ведь она сама не сильно отличалась от сверстников, то теперь вальяжность и панибратство барона неприятно задевали.
Да, он был весьма симпатичным мужчиной. По местным меркам. С модными усиками и ухоженной эспаньолкой. Любая из служанок в замке пищала бы от восторга, зажми он ее в углу. И даже если бы эта служанка была замужем, ее муж молчал бы и даже гордился, что его жена привлекла внимание господина с благородной фамилией.
Диана это уже давно поняла.
