Казалось, для него не осталось ничего важнее здоровья единственного ребенка…
Но стал бы он так печься о ней, если бы знал, что она – не Диана?
Этот вопрос порой всплывал в голове Лесницкого. И страх разоблачения заставлял трястись его душу.
Проснувшись после очередной попойки, Игорь увидел странное сообщение от информатора:
“Ваша жена пропала. Полиция объявила розыск. У Суховского ретинопатия”.
Чувствуя пугающий холодок, он позвонил:
– Как пропала? И что значит эта рино.. ретино…
– Ретинопатия, – пояснил на том конце Алексей – старший медбрат.
– Это предварительный диагноз. Он ослеп.
– А Ленка? – осекся Игорь и быстро поправился: – То есть Диана. Что с моей женой? Она же в коме была!
– Да, в коме. Тут вся клиника стоит на ушах. Ваша жена просто испарилась. Суховской находился с ней в палате. У него шок. Несет какую-то чушь про яркий свет и про то, что его дочь исчезла в этом свете. Ему сейчас успокоительные колют.
– А Тамара Львовна? – Игорь судорожно провел языком по губам.
И тут же услышал голос тещи, приглушенный расстоянием:
– Лелик, ты занят? Мне нужна твоя помощь.
– Да, киса, иду! – откликнулся информатор.
Судя по изменившемуся тону, он прикрыл трубку рукой. А затем торопливо прошипел уже Игорю:
– Ладно, мне некогда. Если узнаю что-то, напишу смс.
В трубке раздались гудки.
Игорь в полной прострации сел на диван.
Это он сейчас правильно понял, что Алексей-Лелик назвал его тещу “кисой”?
Дальнейшая логическая цепочка выстроилась сама. Единственная дочь Суховского пропала.
Сам он ослеп и стал беспомощным. Вся власть и деньги теперь в руках Тамары…
А этот Лелик никак решил ее соблазнить и украсть принадлежащие ему, Игорю, миллионы?
Нет, брат, не пойдет. Не для того он выстраивал план с подменой жены, чтобы вот так пролететь!
На ходу придумывая, как будет оправдываться перед тестем и тещей, Лесницкий засобирался обратно.
И вот теперь он с покаянным видом стоял на пороге их дома, держал в руках огромный букет и мысленно повторял придуманную “легенду” о том, как его сбила машина, он ударился головой и получил амнезию…
Ах да, еще нужно пустить скупую слезу.
И показать, как жалко птичку…
***
В Лабард-и-Наре наступила весна. День стал длиннее, ночи – короче. Сквозь пожухлую прошлогоднюю траву пробивалась молодая зелень, и на ветках набухли почки.
Люди радовались теплу. А еще больше – первым всходам на огородах и полях. Тем самым, которые осенью заставила посеять госпожа-экономка.
