Мне просто показалось странным, что у такой молодой женщины, как вы, есть сын, хотя в личном деле об этом не было ни слова."
"– А, то есть вы всё-таки решили самолично убедиться в моей распутной репутации... Прекрасно, просто потрясающе...
– Нет. Просто хотел предложить свою помощь.
Не знаю, как мои брови ещё остались на лице, а не перекочевали на затылок от удивления. – И позвольте узнать: каким же это образом? Поспособствовав определению в закрытый пансион, если бы у меня действительно оказался ребёнок, рождённый вне брака? Как это принято среди местной аристократии.
Неужели вы думаете, что я согласилась бы на подобное? Или что у меня настолько нет мозгов, чтобы позволить себе настолько быть беспечной и безнравственной, чтобы изменить мужу или плюнуть на траур, пустившись во все тяжкие? Если моя семья и отношения внутри неё выбиваются из вашей привычной картины мира, то это совершенно не означает, что такого не может быть. Я действительно считаю Джеймса своим сыном, хотя его родила другая женщина. А он меня, в свою очередь, матерью, так как своей почти не помнил.
Я его практически воспитала, хотя и познакомилась с ним, когда ему исполнилось десять лет.
– Да, действительно глупо как-то всё вышло. – согласился Кеннет. – Вы и тут правы: ваш образ жизни и общение с людьми действительно кажутся странными, хотя, если подумать, то вполне нормальными. Чем я могу загладить свою вину и как-то исправить ваше негативное отношение ко мне?
– Честно?
– Да.
– Достаточно просто оставить меня в покое. Это всё, чего я хочу.
– Рабочий день уже закончен. Может, всё-таки...
– Господин Кеннет, это у кондитерской рабочие часы окончены, но не у меня. Поэтому, как бы это ни выглядело невежливо, прошу вас покинуть пределы этого здания.
Я на самом деле устала настолько, что готова была даже вытолкать взашей настырного мужчину, если бы не его род занятий.
– Ещё раз прошу меня извинить, госпожа Айвори, – Кеннет надел цилиндр и направился к двери.
Я проследовала за ним, так как поняла, что не успокоюсь до тех пор, пока сама не закрою за ним дверь.
– Госпожа Айвори, вас тут спрашивает какой-то полицейский, – раздался голос Марии, спешащей мне навстречу.
– Полицейский?
Я вышла в зал и увидела того самого констебля, что дежурил возле входа в пятьдесят второй участок: – Добрый вечер. Что-то случилось?
– Лоуренс Листи сбежал .
Глава 39. Допрыгались, птички
У меня в глазах мгновенно потемнело. – Как и когда это произошло?
– Сегодня днём при пересылке на рудники.
