И Эмма с жалобным стоном повернула от ворот прочь, чтобы в десятый раз обойти площадь, растирая под плащом замерзшие без перчаток руки.
Нет, она обязана попытаться!
Замедлив шаг, девушка встала лицом к воротам, сделала глубокий вдох и закрыла ладонями уши, чтобы не слышать, как бешено стучит ее бедное сердце.
Дело шло к вечеру. Никто не придет ей на помощь. Значит, колебаний быть не может, как не может быть и пути к отступлению.
На старт. Внимание. Вперед!
Сидя в библиотеке за столом, Эшбери услышал непривычное треньканье.
Неужели стучат в дверь? Вот еще раз. Точно. И что всего хуже, стучали в дверь его собственного дома. Чертовы сплетники…
Всего несколько недель назад герцог вернулся в Лондон. Но в этом городе слухи распространяются со скоростью пули. У него не было ни времени, ни терпения, чтобы выслушивать всех желающих совать нос в чужие дела. Кто бы ни явился к нему на порог, визитер будет быстро спроважен Ханом.
Окунув в чернильницу перо, герцог продолжил писать письмо, адресованное поверенным:
«Не знаю, какого черта вы делали все эти годы, однако состояние своих дел я нахожу весьма плачевным.
Немедленно увольняйте управляющего йоркширскими имениями. Скажите архитектору, что я желаю взглянуть на планы новой мельницы, хотя они были нужны мне еще вчера. Да, есть еще одно дело, которым следует заняться безотлагательно…»
Эшбери помедлил, перо замерло в его руке. Ему не верилось, что вот сейчас он выведет эти слова на бумаге. Они внушали ему ужас. Однако нужно же покончить с этим делом.
«Мне нужна жена».
Он подумал, что надо обозначить свои требования. Это должна быть женщина детородного возраста, приличного происхождения, которой срочно требуются деньги и которая захочет разделить ложе с мужчиной, обезображенным шрамами.
Короче говоря, женщина, чье положение отчаянно.
О господи, как все же это мрачно. Лучше ограничиться одной строкой: «Мне нужна жена».
В дверях появился Хан – его дворецкий.
– Ваша светлость, простите, что нарушаю ваш покой, но там молодая особа – почему-то в подвенечном платье – желает вас видеть.
Эш поглядел на дворецкого. Затем на слова, которые только что написал. Потом снова на дворецкого.
Ну просто колдовство какое-то! Возможно, его поверенные не такие дармоеды, как он думал. Герцог отложил перо и забросил на стол ногу в сапоге, откинувшись на спинку кресла и пряча лицо в тени.
– Что ж, проводи ее сюда.
В комнату вошла молодая женщина в белом одеянии.
