А слава об этом человеке изначально бежала впереди паровоза.
Прошло уже столько времени, но неприятные воспоминания все равно иногда всплывают в голове. Хотя я сейчас стараюсь их тщательно оттуда гнать. Мне не до этого.
Беременность — это особый вид удовольствия, который каждая женщина должна на себе испытать. Это тот случай, как сегодня, когда я смотрю на Глеба, готовящего нам что-то поесть, а сама слюной истекаю. От голода. И непонятно ещё какого именно.
Я не отрывая глаз наблюдаю за тем, как Чернов, не отвлекаясь от процесса, отрывает от грозди по виноградинке, и отправляет их себе в рот.
В данный момент всё, о чем я могу думать, так это о том, что мне тоже очень хочется виноград. Вместе с красной икрой. В качестве бутерброда.
— Хочешь? — заботливо спрашивает муж, видя мой заинтересованный взгляд.
— Хочу! — соглашаюсь и подаюсь вперёд. В этот момент предательски урчит мой живот, демонстрируя всем насколько я голодна.
И вроде бы даже мой желудок со мной соглашается, издавая соответствующие звуки.
Как происходит неожиданное. Для меня неожиданно. Хотя, учитывая моё положение ожидать этого стоило. К девятому месяцу беременности так точно.
У меня словно живот напрягается до жуткой щемящей боли, а потом резко отпускает. Я понять ничего не могу. Это настолько странно, что я стою и просто глупо смотрю на своего мужа. Который дарит мне в ответ точно такой же взгляд.
— Ай, — говорю запоздало и с промедлением. Мне уже не больно, но произошедшее меня заставляет напрячься. Прошлый раз, когда я почувствовала нечто такое, мы на всех парах с мужем неслись в медицинскую клинику.
Мне тогда нужно было срочно увидеться с тем врачом, который вел у меня беременность и который собирался принимать роды.
Я всю дорогу съедала Чернову мозг насчёт того, что время пришло и я вот-вот рожу. Но как оказалось, это были всего лишь тренировочные схватки. А я одновременно и радовалась, и огорчилась.
Чем ближе становился срок родов, тем скорее мне хотелось родить. Невозможно же было постоянно спать на правой стороне.
Для меня ночью было грандиозным событием просто перевернуться с одного бока на другой. Такой неповоротливой я себя ещё никогда не чувствовала.
— Что за «Ай»? — Чернов тоже напрягся от моего поведения. Даже отложил всё, что держал в своих руках и пошёл мне навстречу.
— Это значит то, что мне больно, разве не понятно?! Это значит, что я скоро рожать буду!
— Это я уже слышал в прошлый раз. Кажется, это было недели две назад.
