Маня совала прямо в нос Тузику не слишком чистый кулачок с воплем:
– Ну-ка угадай, что внутри!
Мужчина принюхался:"
"– Так, ты мыла руки глицериновым мылом, потом держала шоколадку «Таблерон», молочную, а не горькую…
– Класс, – взвизгнула Манюня, – точно, перед ужином съела, а что в кулаке?
Тузик раздул ноздри.
– Так, латекс, но не простой, сильно ароматизированный, думаю, презерватив. Но откуда у тебя сей предмет, дорогая?
– Ловко, – завопила Машка, разжимая руку. На перемазанной шариковой ручкой ладошке и впрямь лежало лучшее средство защиты от СПИДа, – думала, никогда не узнает!
– Где взяла? – сурово спросил старший брат.
Сестрица затараторила:
– Ну, прикол! Хотела такое найти, чтобы он вовек не догадался, все перерыла, потом залезла к тебе в сумку и нашла пакетик!
– Интересно, – протянула Зайка, окидывая муженька с головы до ног гневным взглядом, – и зачем тебе презерватив, а? Да еще в барсетке!
– Понятия не имею, как он там оказался, – хмыкнул Кеша.
Но потом, увидав, что хорошенькое личико Зайки стало медленно краснеть, быстро добавил:
– А, вспомнил! Заезжал в аптеку, мне и дали в качестве подарка!
Ольга открыла было рот, но тут заговорила Рита:
– Боже, как интересно! А угадайте, какие у меня духи?
– Элементарно, – с готовностью ответил Тузик, – Мияки, «Огненный шар».
Это очень просто. Помада, да и вообще вся косметика у вас Буржуа. Хотите, шампунь назову? Правда, он какой-то необычный, можно, я подойду поближе?
– Пожалуйста, – засмеялась Рита, – на здоровье!
Тузик обошел стол, приблизился к Назаровой и спрятал свой нос в ее роскошных волосах.
Издали это выглядело так, словно он целует ее в затылок.
В эту секунду раздался грохот, визг Ирки, дверь в столовую распахнулась, и послышался мужской гневный голос:
– Сука, блядь, так я и знал!
На пороге стоял крепкий мужик в смокинге безукоризненного покроя. Его белую рубашку украшала красная бабочка с брильянтовой брошью в середине, о стрелки брюк можно было порезаться, ботинки лаково блестели… Идеальное впечатление респектабельности портило выражение дикой злобы на смуглом лице и огромный, чудовищного вида пистолет в правой руке.
– Вы к кому? – растерянно спросила я.
– Понял! – радостно закричал Тузик. – Черный хлеб, репейное масло и…
– Мразь, – завопил мужик.
Прогремел выстрел. Взвизгнув, Рита нырнула под стол. Я немедленно последовала ее примеру. Мы сидели под столешницей, накрытой длинной скатертью, прижавшись в ужасе друг к другу. В комнате творилось невообразимое.
