— То есть это такой несчастный случай? — Александр Семенович прокрутился на каблуках, осматриваясь, зацепил взглядом физиономии в дверном проеме и повернулся к нам с Иркой. — А можно узнать происхождение этой петли?
Я молча развела руками.
— Мнэ-э… — глубокомысленно промычала подруга. — Вообще-то это я ее сделала…
Александр Семенович приподнял белесые брови:
— Зачем?
— Ну, уж не за этим! — Ирка махнула рукой на тело. — Веревка предназначалась для котика.
В кладовке кто-то крякнул, и все присутствующие с опасливым изумлением уставились на мою подругу.
— Ах, боже мой, конечно же, я не хотела повесить кота! — рассердилась она. — Просто беспокоилась, что он не сможет сам благополучно спуститься с четырехметровой высоты. Кот же толстый — двенадцать кило!
— Крупный! — обидевшись за своего котика, встрепенулась дотоле безучастная Федоскина.
— Я бы подставила ему лесенку, но не нашла ее, — не заметив поправки, продолжила Ирка."
"— Зачем не спросиль? Лесниц Синий кладовк, — вставила свои пять среднеазиатских копеек Шахноза.
Ее реплику рассказчица тоже проигнорировала:
— Зато я нашла веревку. А в потолке уже имелся подходящий крюк, не знаю даже, для чего…
— Тут когда-то был переход в другое здание, вероятно, он освещался лампами или фонарями на потолке, — подсказала я.
И тоже не была услышана.
— Я подумала: уж по крепкой-то веревке кот точно успешно спустится, влезла на табурет, с него на этот невысокий шкафчик и привязала ее на крюк.
Разве не понятно? — Подруга развела руками, полагая, что все разъяснила.
По выражению лица Александра Семеновича было видно — не все.
— А зачем вы сделали петлю на конце веревки?
Ирка покраснела:
— Само как-то вышло.
— А я ведь не замечала за тобой суицидальных настроений, — встревожилась я.
— Да какие настроения?! Просто свисающая с потолка веревка выглядела нелепо, для гармонии на нее надо было что-то повесить, ну или хотя бы петельку связать…
— Что ж, гармония сложилась, — кивнул Александр Семенович и выразительно глянул на тело в петельке.
— Галина Андреевна, вы посмотрели, это кто-то знакомый?
— Боже упаси! — Федоскина качнулась, едва выглянув из своего угла, и снова спряталась.
— Может, брата-акробата знает кто-то из присутствующих?
Мы с Иркой дружно помотали головами, а Шахноза призналась:
— Я не смотрель. Страшиль.
— Это кличка такая — Страшила? — заинтересовался живчик-брюнет.
