— Кладовки по сторонам света ориентировали! Сколько их, неужели четыре?
— Две. Восточная и Синяя.
— Как-то нелогично, — покритиковала Ирка, но посетить неправильно систематизированные подсобные помещения не отказалась.
Восточная кладовая располагалась в тупиковом конце коридора. Еще на подходе к ней я уловила незабываемые ароматы свежего ремонта и догадалась, что мы попали по адресу: это именно то помещение, вторжение в которое было произведено с чердака самого маленького в Петербурге дома.
— Мастер пришель, дырка закрыль, — пояснила Шахноза, плавным жестом указав на большую гипсокартонную заплату.
— Как же закрыл, когда сверху отверстие осталось, — уличила неведомого мастера-бракодела Ирка и внимательно рассмотрела лист. — Странно. Гипрок метр двадцать на четыре, его размер позволял закрыть стену до самого потолка, зачем эта дыра?
— Для вентиляции? — предположила я.
— Для котик, — объяснила Шахноза. — Он залезаль. Потом закрываль.
— А! — догадалась я. — Галина Андреевна допускает, что Бегемотик может вернуться самостоятельно, на этот случай для него оставлен лаз, который потом тоже заделают.
— Я, конечно, небольшой специалист по котам. — Ирка задрала голову, рассматривая узкую прямоугольную дырку под потолком. — Но Бегемотик точно сумеет вскарабкаться на четырехметровую высоту?
— И спуститься, не травмировавшись, — добавила я, заранее сочувствуя коту, обреченному на такую энергичную физкультуру. — Впрочем, уж Федоскина-то знает своего питомца.
Если она считает, что ему подобное под силу, кто мы такие, чтобы в этом сомневаться. Меня чуть больше, чем кошачья акробатика, волнует взломанный сейф. Где он тут, Шахноза?
— Хозяин пряталь. — Домработница открыла платяной шкаф, сдвинула в сторону вешалки с одеждой в чехлах, ковырнула ногтем заднюю стенку, и та опустилась, как откидной столик. В обрамлении светлого дерева тускло заблестел металл.
— Хозяин был затейник, — оценила Ирка и бесцеремонно потянулась к бронированной дверце.
Увы, заглянуть во внутренний мир генеральского сейфа не удалось — он оказался заперт.
— Теперь ваш комнат ходиль смотрель, — сказала Шахноза и мягко выпроводила нас из кладовки.
«Наш комнат» оказался гостевой спальней.
— Миленько. Чур, моя кроватка справа. — Ирка, осмотревшись с порога, сразу выбрала себе спальное место.
С учетом того, что добротные полутораспальные кроватки выглядели совершенно одинаковыми, я не стала оспаривать ее решение.
