Через неделю после ее смерти, отец пожертвовал ее рояль какой-то школе, избавился от него, ведь он напоминал ему о жене. Для Джейса это было хуже, чем ее смерть. Его отец не хотел ни единого напоминания о ней. Эта женщина была для него всем. Не просто женой. Его жизнью. Он сильно изменился после ее смерти. Он стал жестоким, даже хуже, чем мать Джейса. Ведь его отцу нужно было кого-то винить в смерти любви всей его жизни, и Джейс был единственным прекрасным кандидатом на эту роль.
Джейс зажмурил глаза, прогоняя мысли о своем отце.
Агги нежно поцеловала его в висок.
— Джейс, мне кажется, она любила тебя, но это уже неважно. Ее больше нет, но я здесь. Я люблю тебя. Ты слышишь, я люблю тебя.
Страх парализовал его тело. Он не мог пошевелиться, хотя инстинкты кричали ему бежать.
— Не надо, — прошептал он.
— Шшшш, — пробормотала Агги. — Все хорошо. Я понимаю, ты не знаешь, как на это ответить. Я все понимаю. И ничего не требую взамен. Я буду рядом, когда бы я тебе не понадобилась.
И это было страшнее, чем когда он в шестилетнем возрасте остался один в серпентарии.
По крайней мере, те, кто его пугал, сидели в вольерах. Они не могли его достать. Но Агги смогла. И это до смерти его пугало.
— Ты сделаешь мне больно? — Спросил он. — Мне это нужно. — Боль рвалась наружу, и ее нужно было притупить.
Она обхватила его лицо двумя руками и поцеловала ресницы, кончик носа, губы.
— Да. Я сделаю тебе больно. Теперь я знаю, что нужно делать.
В его теле начала зарождаться паника. Она знала что делать? Что она хотела этим сказать?
— Нам нужно найти уединенное место, — пробормотала она.
— Как думаешь, парни не будут возражать, если мы сделаем звуконепроницаемую комнату в вашем гастрольном автобусе?
Джейс засмеялся.
— Думаю, нет. Что-то мне подсказывает, мы будем не единственные, кто захочет ею воспользоваться.
Агги вновь его поцеловала и улыбнулась.
— Пошли.
***
Агги подошла к Седу, тот как в трансе сидел на диване рядом с Эриком и смотрел телевизор. Джейс же пошел прямо в спальню.
Сед мельком взглянул на нее.
— В чем дело?
— Как думаете, вы сможете в течение часа оставить автобус в наше личное распоряжение? Нам с Джейсом хотелось бы немного уединиться. Хотя лучше сказать, нам нужно уединиться.
— Здесь только мы с Эриком. Не обращайте на нас внимание. Мы итак уже все слышали.
— А можно мне посмотреть? — воодушевленно спросил Эрик.
— Нет, на этот раз все по-другому. Он не станет мне открываться, зная, что вы ребята можете его услышать.
