Вообще-то он недолго сопротивлялся выходу из обморока и почти сразу же, остановив полный слёз взгляд на жёлтых лампасах подъесаула, дрожащим голосом простенал:
– Грязная посуда… о, как это тонко! Что ни делай, куда ни стремись, после всех трудов твоих останется лишь пыль и тлен… Не исчерпать смысла в полёте бабочки… А ведь человек не бабочка, и в одном его пальце Дао больше, чем во Вселенной – ваш ответ был заоблачен!!! Никто не знает, что есть Истина, ибо это не выразимо словами… но вы… Вы одним движением, не сказав ни правды, ни лжи – просто смели все преграды, оставив лишь голую суть божественного озарения через затрещину! Откуда в вас это?! Когда вы столь глубоко познали изнанку изменчивой Пустоты? Как именно вы…
– Упс! – Ладошка Рахиль заботливо прикрыла неумеренный словесный поток восхищенного философа.
– Достаточно двух вопросов, на третий словите по рогам. Вы же сами видели, таки сберегите себя для чихающей невесты…
Едва справившийся с рвущимся наружу хохотом, Иван Кочуев постарался нахмурить бровь, делая серьёзное лицо.
– Куда прикажете вас доставить, о мой великий господин? – елейным голоском поинтересовался негостеприимный отшельник. Надо признать, слово он сдержал. Хотя мог бы сдержать его и покомфортнее, но…
Глава тридцать шестая"
"О том, что строки: «И дым отечества нам сладок и приятен…» написал не тот, кто, вернувшись, застал своё отечество в дыму и разрухе…Вихрь, подхвативший всю троицу, возник из ниоткуда, повинуясь еле заметному движению рук длиннобородого старца.
По сей день неизвестно, какими даосскими технологиями он владел (и даосскими ли?!), но едва Миллавеллор вызвал в памяти образ дорогого каждому истинно эльфийскому сердцу Арддурхоума, как ребят перевернуло вниз головой, закрутило и в неэстетической позе понесло в голубую даль. Сказать «спасибо» они не успели да и вряд ли теперь собирались…
Остроухий философ, истошно вопя, летел первым, хотя орал скорее даже от переполнявшего его счастья. Ещё бы – впервые посетить настоящего неприступного отшельника лысого высокогорья, битый час беседовать о тонкостях восточных афоризмов, бесплатно насладиться высокоинтеллектуальной дуэлью двух мудрецов и, исполнившись дополнительным просвещением, мчать чартерным рейсом прямо в объятия любимой женщины…
Иван и Рахиль такой бурной радости не испытывали.
Ну, может, и поорали тоже, но чисто для приличия, от неожиданности, а так, опомнились быстро и летели молча.
