А мне нестерпимо хочется свободы, хочется сделать вдох полной грудью и не думать ни о чем.
Нервный смешок срывается с моих губ, которые я сразу же прикусываю.
– А что ты мне сделаешь, Умаров? Заставишь?
Откровенно иду на провокацию, блефую, чтобы понять, что именно он обо мне знает, что успел понять, но я уверена, что Умарову все это время не было до меня дела и сейчас он просто вспомнил свою старую игрушку и решил показать, что она все еще принадлежит ему.
– Уверена, что хочешь узнать ответ на свой вопрос, Надежда моя?
Приближает свое лицо.
Он сейчас нестерпимо близко, и я смотрю на четко очерченный контур губ. Наваждение длится секунду, затем я прикрываю веки.
Баграт умеет убеждать. Мое сопротивление он ломал в зародыше, гасил своей страстью и заставлял забывать все.
Мы с ним редко ссорились, но всегда жарко мирились. Кровь восточная кипит в жилах моего первого мужчины.
– Завтра жду тебя в офисе с утра. Будешь работать в соседнем со мной кабинете и параллельно исполнять обязанности моей помощницы.
– Почему, Баграт? – задаю вопрос совершенно тихо, губы едва разлепляю, но он слышит.
Вскидывает бровь и смотрит с высоты своего роста.
– Потому что хочу. Прихоть. Надежда. Только и всего.
Выговаривает вскользь и отходит сам. Принимается просматривать свой телефон.
– Можете идти, Захарова.
Называет меня фамилией фиктивного мужа, а я понимаю, что Умаров только начал свою изощренную месть. Он будет играть в меня, пока не сломает. Пока окончательно не отнимет единственное, что осталось у меня от него.
Нашего сына.
Вылетаю из кабинета Биг Босса, иду не глядя. Срываюсь, лечу в уборную, закрываюсь в кабине и рыдаю. Кусаю пальцы, чтобы не всхлипывать."
"Страх накрывает. Я пытаюсь понять, что мне делать. Как быть. Но разум подсказывает, что если попытаюсь убежать, Умаров тогда по-настоящему начнет копать.
Он не знает, что у меня есть Брошка, если бы знал, то уже отнимал бы у меня сына, а если я ударюсь в бега, то он будет искать, вскрывать информацию и, возможно, тогда и поймет что к чему, сопоставит сроки.
Баграт совсем неглупый мужчина. Он опасен.
Выхожу из кабинки, когда слышу, как туалет пустеет, иду к умывальникам и смахиваю слезы.
Приглядываюсь к своему отражению. Вся взъерошенная, глаза горят как при горячке. Собираюсь с мыслями и решение приходит:
– Ты хочешь поиграть, Умаров? Давай сыграем.
Остаток дня проходит в суматохе. Я запрещаю себе думать, фокусируюсь на делах.
– Все, народ! Время! – слышу веселый голос Киры.
