Который как раз помогал… э… надеть туфлю только что вошедшей девушке? Рыжей — кажется, я ее уже видела здесь пару раз, она жила в соседнем квартале.
Кажется, у Грея есть определенное пристрастие к рыжим.
— О, катастрофа! — обернулся Грей. — Ты знакома с Китти? Это ее реальное имя, представляешь? А как зовут вас?
Только сейчас я заметила, что Китти не одна, а с подругой — видимо, пришли посплетничать после работы. Обе выглядели смущенными и довольными: внимание привлекательного парня в форме адепта академии магии (то есть — богатого и перспективного) им льстило.
Весь вечер, подавая и собирая тарелки и кружки, я вынуждена была наблюдать за тем, как Грей, фонтанируя радостью, шутками и фокусами, собирает рядом разномастную компанию друзей и подружек, не пропускает ни одной мало-мальски симпатичной девушки.
В конце концов он оказался сидящим в центре зала, в огромной компании, с девицей на коленях — стол ломился от заказанной еды, которой Грей угощал новых знакомых.
Не знаю, что про это думала тетушка, но мне хотелось открутить ему голову каждый раз, когда я видела, как он наклоняется к собеседнице — Китти или еще к кому-то — Грей не собирался ограничивать себя кем-то одним.
— А что такого, катастрофа? — ответил он на мой немой вопрос, когда мы возвращались обратно в академию. — Я следовал твоему совету — разговаривал с девушками. Чтоб ты знала, в постели это делать все-таки интереснее.
Грей казался совершенно довольным жизнью и счастливым — а ночью я проснулась от его крика.
Снова кошмар.
Грей метался по кровати, как будто пытаясь откуда-то сбежать.
Глава 21
В темноте я видела только его силуэт, так что щелкнула пальцами, веля кристаллам зажечься.
Я надеялась, свет поможет ему проснуться, но Грей только застонал, выгнувшись дугой.
— Нет… Нет-нет-нет, Том! Папа… Нет… Вы…
Дальше его шепот стал неразборчивым, и он опять закричал.
Мерлин, Моргана и их внебрачные дети!
— Грей! — тихо позвала я. — Кайден…
— Не ходите туда!
И опять крик.
В прошлый раз, когда я попыталась разбудить Грея, он на меня набросился.
Я так и не поняла до конца, хотел он меня поцеловать или прибить. Как бы то ни было, подходить ближе не очень-то хотелось.
— Кайден! — опять позвала я.
Никакого эффекта. Грей затих, только тяжело дышал и коротко, сквозь зубы, постанывал. Ему явно было больно. Велик был соблазн отвернуться к стене, накрыть ухо подушкой и попытаться уснуть. Как я и обещала сделать!
Я высплюсь, а Грей — будет знать, как быть таким хамоватым придурком.
