После смерти Верити прошли годы, однако она никуда не делась. На нас лежит тень. — Она посмотрела на мисс Марпл. — Разве вам так не кажется? Разве вы не ощущаете ее?
— Ну, я здесь — человек чужой, — проговорила мисс Марпл. — И воспринимаю все иначе, чем вы и ваши сестры, которые жили здесь и знали убитую девушку. Судя по тому, что я слышала от архидиакона Брейбазона, она была красива и очаровательна.
— Она была чудесной девочкой. Бедное дитя, — проговорила Клотильда.
— Жаль, что я не знала ее получше, — сказал миссис Глинн.
— Правда, все это время я прожила за границей. Мы с мужем приезжали в страну только однажды и почти не выезжали из Лондона. Мы нечасто навещали этот дом.
Из сада вошла Антея с большим букетом лилий в руках.
— Цветы на могилку, — проговорила она. — Сегодня мы должны выставить их, правда? Надо выбрать вазу побольше. Цветы на могилку... — Она вдруг рассмеялась — странным, истеричным коротким смешком.
— Антея, — проговорила Клотильда, — нельзя... нельзя так поступать. Это... неправильно.
— Пойду и поставлю их в воду, — бодрым тоном проговорила та и быстро вышла из комнаты.
— В самом деле, — проговорила миссис Глинн, — Антея! Едва ли она...
— Ей становится хуже, — отозвалась Клотильда.
Мисс Марпл изобразила, что не слышит и не прислушивается. Взяв небольшую эмалевую шкатулку, она посмотрела на нее полными восхищения глазами.
— Наверное, вазу сейчас разобьет, — проговорила Лави-ния и вышла из комнаты.
— Вас беспокоит ваша сестра... Антея? — спросила мисс Марпл.
— Ну да, она всегда была у нас довольно неуравновешенной.
Она — наша младшая и с детских лет была очень хрупкой девочкой. Но в последнее время, мне кажется, ее состояние определенно стало хуже. Как мне кажется, она потеряла представление о весе предметов. С нею случаются глупые истерические припадки. Начинается истерический смех над вещами, к которым нужно относиться серьезно. Знаете ли... ну... мы не хотим посылать ее куда-либо или... вы понимаете меня. На мой взгляд, ей нужно лечение, однако я сомневаюсь в том, что она захочет расставаться с домом.
В конце концов, он принадлежит ей. Хотя иногда нам оказывается очень... очень трудно.
— Вся жизнь бывает трудна подчас, — проговорила мисс Марпл.
— Лавиния говорит, что хочет уехать, — продолжила Клотильда. — Она хочет снова пожить за границей. В Таормине[31], по-моему. Она бывала там со своим мужем, и они были очень, очень счастливы. Много лет она прожила с нами, однако теперь ею овладело желание уехать в дальние края.
