Ловлю на себе косые взгляды других мамочек в группе, которые точно так же пришли забрать своих детей из сада. Довольно улыбаюсь – пусть завидуют, у нас лучший в мире папочка. Самый любимый и родной.
Невозмутимо достаю детские вещи из шкафчика с короной на дверце. Бегло просматриваю, что придется бросить в стирку вечером… Кажется, почти все… Вот бандитка!
– Привет, маленькая королева Елизавета, – мягко звучит за спиной, и я растекаюсь, как подтаявшее ванильное мороженое. – Соскучилась?
– Си-и-на-а-а, – искренне тянет наша малышка.
Оборачиваюсь на мужа и вижу, как он подхватывает дочку на руки, а она буквально повисает на нем, как обезьянка. Что-то тихо лепеча, цепляется ладошками за его мощную шею, неловко гладит, будто наощупь проверяет, настоящий ли он. Секунда – и ее тяжелый, протяжный вздох разносится по большому помещению. Лиза ведет себя так, словно на протяжении дня ее обижали и мучили все кому не лень, в том числе и я.
– Я тоже скучал по моим девочкам, – вторит ей Петя, а она делает губки бантиком, напрашиваясь на поцелуй.
Он чмокает ее, обнимает крепче и подмигивает мне.
Пожимает плечами с легким оттенком вины, но я ни капли не ревную.
У дочки такой возраст, что ей все время нужен папа. Три года.
Впрочем… Кого я обманываю? Она с рождения от него не отлипает. Засыпает между нами, завтракает на его коленях, даже умываться идет с ним. Плачет и закатывает истерики, когда Петя уезжает на работу, а потом целый день преданно ждет его возвращения. Детский сад стал для нас спасением – дочка хотя бы ненадолго отвлекается, играя со сверстниками, а я не схожу с ума от ее капризов.
– Лиза каждые пять минут спрашивает о папе, – смеется воспитательница, приближаясь к нам. – Но все равно уже лучше себя ведет, постепенно адаптируется. Правда, командует всеми: и детьми, и нянечками.
– Вся в отца, – сдавленно хихикаю, хватая крохотные ярко-оранжевые сандалии с нижней полки.
Петя приседает, а я одеваю Лизоньку прямо на его коленях. Иначе не согласится. Беды не оберешься от ее криков, если отнять отца хоть на мгновение.
– Да они даже внешне похожи, – по-доброму доносится сверху.
– Конечно, папина дочка, – с гордостью отзывается Петя. Целует малышку в щеку, победно выгибает бровь и довольно ухмыляется.
Чем старше становится Лиза, тем больше у нее появляется общих черт с папочкой. К тому же, она копирует его повадки, манеру речи, некоторые словечки. Ни у кого и мысли не возникает, что между ними нет кровного родства.
