Телефон снова подал признаки жизни:
«Полина, я предлагаю серьезно поговорить, как взрослые люди!»
«Без поцелуев!» — подумав, ответила я.
«Хорошо! Я позвоню» — пришел ответ спустя десять минут.
Сердце зашлось в груди, я прикрыла глаза и пыталась морально подготовиться к встрече с профессором.
Глава 25
Руслан
Я отложил мобильный в сторону и перевел взгляд на студентов, которым я выдал задачи для самостоятельной работы. Второй курс испуганно переглядывался между собой, но задавать вопросы не решался.
По-видимому, у меня на лице было написано: «Не подходи — злой «уголовник».
Возбужден и опасен! Может бросаться на людей. Противоядие находится в другом крыле и требует встречу без поцелуев!».
Причина собственного озверения до уровня первобытного питекантропа была ясна и понятна. Разбуженный инстинкт охотника незамедлительно требовал жертву покорить и обезоружить, а потом залюбить до полной потери сознания и ориентации в пространстве.
Впору было идти в музей и тырить набедренную повязку из шкуры мамонта и огромную дубину, чтобы внешнее соответствовало внутреннему.
— Сдаем работы! — гаркнул я, взглянув на часы.
Студенты уныло поднялись и гуськом собрались у моего стола, с надеждой смотря мне в глаза. Ясно, половина и понятия не имела, о чем писала.
— Руслан! — отвлек меня до боли знакомый девичий голосок, а через мгновение маленькие ручки обняли меня за талию.
— Привет, мартышка! — улыбнулся я и выдохнул, что Виола не назвала при всех Бубузябликом.
Мартышка ела мороженое и только чудом не заляпала мне штаны.
— Сын! — мягко улыбнулась мама, вставая рядом.
— Здравствуй. Что вы здесь делаете? — изумился я.
— Папа просил документы Анатолию привезти. Какое-то сложное дело, нужен коллективный разум, — легко махнула рукой мама.
— А ты почему не в школе? — я опустил голову, чтобы посмотреть на хитрую мордашку Виолы.
— Елисей заболел ветрянкой, мы все на карантине. Бубузяблик, а можно я сегодня у тебя останусь? — заговорщицким шепотом поинтересовалась моя сестра.
— Я буду поздно. Завтра рано уйду в институт, потом в суд.
— А я с тобой буду, — захлопала длинными ресничками Виола, — тихо-тихо, как мышка. Ну, Бубузяблик, я тоже хочу юристом стать, когда вырасту!
— Никаких Бубузябликов на людях, поняла? — строго спросил я и даже брови нахмурил. — Вечером тебя заберу.
Виола сверкнула глазами и победно покосилась на маму. Никто в нашей семье не мог отказать хитрой мартышке, а она всегда этим пользовалась.
