— Я восхищена, — не очень искренно ответила я и с нетерпением добавила: — Объясняй!
— Когда-то при первородных существовал один мощный артефакт, защищающий Леандор от темных. Он вполне справлялся до определенного момента. Потом с ним что-то случилось, в книге об этом не пишется, и первые «пожиратели магии» хлынули в наш мир. Тогда магический совет решил разделить ядро артефакта. Получилось семь частей — две огромные и пять маленьких. Небольшие части распределили по храмам провинции, а две большие… — Еджайд тяжело вздохнул.
А я… Я, кажется, знала, где находятся не только две большие части, но и каждая маленькая. Второе видение, посетившее меня, было четче, дольше и… страшнее.
— Одна из больших частей находится здесь, в Аэрлее, в храме первородных. Вторую белокрылым удалось установить над Вратами миров. Они все погибли, сдерживая натиск «пожирателей», когда устанавливали кристалл. И, к сожалению, его мощи не хватает для того, чтобы не пустить зло. Темные пусть медленно, но проникают на Леандор, — произнесла я, глядя прямо в ошарашенные глаза ботаника.
— Инни… — прошептал он. — Ты же жрица! Настоящая, истинная жрица!
Жрица или нет, а лучше бы я не видела того сражения. Алая кровь на сияющих белых перьях, спокойные, прекрасные лица арсов, осознающих, что пришли они сюда умирать, и огромные клубы темных сущностей, бьющие во врата, как таран….
— Рассказывай дальше, — попросила Еджайда.
— Так вот, глобальную катастрофу они предотвратили, но сохранить расу арсов в первозданном виде не смогли.
В каждом последующем поколении магии оставалось все меньше, а крылья становились все темнее. Так вот, однажды летописи стражей попали к великому Вигмарию Фрею. Он-то и придумал, как восстановить древний артефакт, сделать его вновь мощным, чтобы вернуть Леандору магию и надежду на будущее.
— А почему он сам этого не сделал? — спросила я.
— Почему-почему… — передразнил меня ботаник. — Я, знаешь ли, простой страж и не на артефактора учусь. Совету бы записи показать, но дед говорит, что там странные веяния, словно есть среди великих магов предатель.
Я сразу представила Гмыру и некоторых других преподавателей, которых видела в целительском крыле. Да, веяния не то слово. Бардак у них в Совете творится. Сплошной непрофессионализм! Свергнуть бы их нафиг и все дела.
— Слушай, Инни, а может, ректору покажем? Он вроде мужик неглупый…
Еджайд смотрел на меня с такой надеждой, словно я решала жить Леандору или умереть.
— Неглупый, — согласилась я.
