Когда Адамо вышел, мой пульс участился. Один его взгляд и я поняла, что Римо рассказал ему достаточно. Как и ожидалось, это изменило отношение Адамо ко мне. Я не только Динара, принцесса Братвы и гонщица. Я бедная девочка из прошлого.
Я развернулась и зашагала обратно к своему автомобилю, не в настроении для такого рода конфронтации.
Я была зла, но под этим скрывался страх, опасение потерять связь, которую мы с Адамо развили, наше легкое общение. Это одна из причин, почему мне нравилось быть частью гоночного лагеря.
Никто не знал, кем я была раньше, и что произошло. В Чикаго все знали, и, несмотря на прошедшие годы, это все еще часто проявлялось в том, как они смотрели на меня и вели себя со мной. Как я могла оставить прошлое позади, если даже посторонние не могли этого сделать?
Я так чертовски боялась, что люди здесь будут смотреть на меня так же, и Адамо тоже. Это одна из причин, почему у нас с Димой не сложилось, почему наши отношения были обречены с самого начала. То, что поначалу казалось ему безопасным выбором для отношений, в конечном счете стало гвоздем в нашем гробу.
Вскоре за мной последовали шаги, и мое сердце забилось быстрее.
Я ненавидела испытывать страх. Это напомнило мне ту девочку, за которую меня принял Адамо. Я никогда больше не хотела ею быть.
— Динара! — крикнул Адамо и наконец догнал меня у машины.
Я повернулась и уставилась в его глаза, ожидая, что он скажет что-нибудь, но в то же время так чертовски боялась того, что это будет. Адамо тронул меня за плечо.
Даже это простое прикосновение казалось более нерешительным, чем любое из наших прикосновений в прошлом.
Адамо молча смотрел на меня. В этом не было необходимости. Его глаза говорили ясным языком — языком жалости. Я больше ничего так сильно не ненавидела.
— Значит, Римо все тебе рассказал?
Я дала Адамо добро, дала Римо добро, но, возможно, глупая часть меня надеялась, что Адамо оставит все как есть. Это было глупо. В конце концов он узнает. Это неизбежно, если я хотела двигаться дальше с моим планом.
Адамо провел рукой по волосам и отвел взгляд. Мириады эмоций плыли в его глазах.
— Да, не все, но достаточно.
Он говорил неправду. Прежде чем ответить, он на мгновение заколебался.
Я оттолкнулась от машины.
— Не надо. Не лги мне, защищая меня.
Я так устала от людей, делающих это. Я заслужила суровую правду, даже если она разобьёт мне сердце.
Адамо сунул руки в карманы. На его лице появилось сочувствие.
И я не могла этого вынести.
