Я выдавила из себя улыбку, которая нравилась всем клиентам, и подошла к нему ближе. Мои шлепанцы громко шлепали в тишине.
Сначала я не хотела этого делать, но от этого становилось только хуже. Мама говорила мне, что я должна вести себя хорошо, тогда все преобразится, и в конце концов я делала то, что они хотели. Это все еще больно, но мама чувствовала себя лучше, когда я не давала сопротивления.
— Она сделает все, что ты захочешь, — произнесла мама.
Мои щеки болели от улыбки. Римо не смотрел на меня, как другие мужчины.
Он не сказал мне, какая я хорошенькая и милая девочка. Внезапно выражение его лица изменилось на что-то опасное, что-то дикое, и он отвернулся от меня.
Он прошел мимо меня и схватил маму за горло. Коди уже делал это раньше. Поначалу это беспокоило меня, но теперь я слишком часто чувствовала себя опустошённой. Я знала, что не должна быть с этим в порядке, видя, как мама страдает, но все во мне было пустым.
— Римо, — сказал второй.
— Ты действительно хочешь подарить мне свою дочь для развлечений ? Думаешь, я потерплю такое отвратительное дерьмо на своей территории ? — его голос превратился в низкий гул.
— Готов поспорить, что ты даже будешь смотреть, как я трахаю твоего ребенка ? Ты, презренная шлюха, и глазом не моргнешь, пока не получишь свои наркотики и не окажешься далеко от Григория.
Мама побледнела.
— Римо, — твердо сказал Нино, кивнув в мою сторону.
— Ты действительно думаешь, что это дерьмо все еще нанесёт ей вред после того ужаса, который она испытала ?
— Папа ? — я спросила.
Мама никогда не говорила о нем, а если и говорила, то только плохие вещи.
Римо скосил на меня глаза. Его пальцы все еще держали маму за горло. На заднем плане плакал Коди.
— Нино, отведи девочку наверх, дай ей еды и приличной одежды, пока я не разберусь с этой ситуацией."
"Мама бросила на меня умоляющий взгляд. Я никак не отреагировала. Мольба не работает, мама, разве ты не помнишь ?
Нино появился передо мной и протянул руку.
— Пойдем, Екатерина.
Мои глаза расширились.
Я взяла его за руку и вышла вслед за ним. Прежде чем дверь закрылась, я услышала, как мама всхлипнула.
— Пожалуйста, не отдавай меня Григорию. Ты представить себе не можешь, что он со мной сделает.
— Наверное, то же самое, что я сделал бы с ебаной мразью вроде тебя.
Нино повел меня наверх. Он взял для меня кока-колу в баре, и мы направились в комнату с кроватью и ванной. Я нерешительно попила кока-колы и улыбнулась ему той улыбкой, которой научила меня мама.
