Свирепо смотрим друг другу в глаза. Метая молнии. Тяжело дышим, не с силах отдышаться.
— Ты была сегодня в клинике. Кир тебя видел. Это же не просто так!
— Князев! Между нами все кончено! Отпусти меня!
— Даже не думай!
Марк с силой сжимает мои плечи.
Смотрит так яростно, как будто раздавить меня хочет. Жестко сжимает челюсти.
— Ты думала все так просто, да, Маш? Что ты устроила, а? Решила напоследок со мной перестать и сбежать? Куда? К своему любовнику? На черта тогда эта ночь была? Невинной овечкой прикидывалась, а меня во всех грехах обвиняла? Хотела сравнить? Кто из нас лучше?! Оказывается, я совсем не знал свою жену!
— Что ты несешь! Марк! К какому любовнику?
— К Решетову, черт тебя дери, Мария! Ты за моей спиной сколько раз с ним встречалась? А если бы я не подпирал стены дома по ночам, он ночевал бы там с тобой? Черт тебя дери!
Обхватывает всей пятерней мое лицо.
Глаза бешено горят. Кадык яростно дергается.
— От меня, значит, боялась забеременеть. Притворялась, будто лечишься, а сама принимала противозачаточные!
— Что? Марк! Это какой-то бред! Да тебе к психиатру пора!
— Точно! Мне и правда пора к психиатру! Раз я столько лет с тобой жил и твоего истинного лица не видел! Думал, моя жена самая нежная.
Самая… Настоящая…
В его глазах мелькает какая-то дикая боль.
— А ты самой обычной стервой оказалась, Маша. Любовника завела. Еще и моего друга! Разыгрывала спектакль, будто обижена! А сама только повод искала, чтобы к нему сбежать!
— Марк! Ты вообще слышишь, что ты говоришь?
— Не смей.
Наклоняется прямо к моему лицу.
Шипит сквозь сжатые зубы прямо мне в губы.
— Не смей сейчас врать и притворяться! Я противозачаточные таблетки нашел у тебя в шкафу. Сколько ты их пьешь? С самого момента, как мы поженились? Зато с любовником что? Перестала их принимать? От него, значит, ты ребенка хочешь! А мне голову столько лет морочить можно! Почему? Зачем, твою мать? Могла просто сказать, что я на хрен тебе не нужен! Разве я держал бы силой?
— Марк… Это все… Бред!
Чувствую себя совсем вдруг опустошенной.
В один миг.
Как будто я шарик, из которого весь воздух выкачали.
Обмякаю в его руках.
Сползла бы сейчас по стенке, если бы Марк не держал так крепко.
— Здесь останешься. И бежать даже не думай. Не выйдет. Парней пришлю, шага за пределы двора сделать не сможешь.
— Ты… Ты меня насильно здесь будешь держать? Марк, да что ты творишь вообще! Я тебя не узнаю!
— Значит, будет теперь знакомиться получше, моя дорогая жена. Ты останешься здесь.
