Платье еще такое надела.
Облегает, как перчатка. Упругая высокая грудь почти полностью открыта.
Срывает все планки. Доводит до какого-то звериного голода. Какому черту Ирэн продала душу, чтобы быть вот такой? И так действовать на мужчин?
— Ты не отвечаешь на звонки.
Снова ведет плечом. Приходится сжать крепко кулаки. Чтобы не прикоснуться. Не поправить эту чертову бретельку и не заскользить дальше.
Черт. Я прямо чувствую, какая ее кожа наощупь. До сих пор не забыл. И сейчас это просто взрывами в мозгу.
— Как мне еще было с тобой связаться? А тут такой удачный случай.
Запрокидывает голову. Смотрит на меня своими порочными глазами, полными сумасшедшего огня.
Специально проводит над самой грудью бокалом.
— Я ведь сказал тебе уже. Нам не о чем встречаться. И разговаривать. Тоже. Не о чем.
Мой голос звучит глухо. Хрипло. Как будто я его сорвал.
— А если я скажу, что ничего не в прошлом?
— Что? Я совсем тебя не понимаю, Ирэн.
— Я думаю, я ошиблась тогда. Выбрала не того.
— Что? Ты думаешь?
— Я просто уверена, Марк.
Выйти замуж за Бориса было ошибкой.
— Что?
Внутри все переворачивается. Нет. Все просто взрывается, на хрен! Кажется, что все внутренности вместе с нервными окончаниями сейчас тупо превращаются в фарш.
Два с половиной года! Два с половиной гребаных года, а теперь она поняла… Что это было, к чертовой матери, ошибкой?!
— Зачем ты мне это говоришь, Ирэн?
Сам не узнаю собственного голоса.
Даже зал ресторана покачивается перед глазами.
— Нужно было остаться с тобой.
Но… Ведь это никогда не поздно исправить, правда?
— Так вот зачем ты сюда явилась, да? Исправить… Эту, как ты ее назвала, ошибку?
— Почему бы и нет?
Ирэн снова плавно покачивает плечами. Бретелька, которая сползла, дрожит у самой груди.
Как я любил этот жест. Как часто зубами дальше стягивал бретельку, пока не сползало все платье… Твою мать!
??????????????????????????Но теперь я только сжимаю кулаки. Сжимаю и разжимаю.
— Пойдем.
Хватаю ее за руку и волоку за собой в темный коридор, где подсобные помещения.
Потому что… Да я просто сейчас не сдержусь, к чертовой матери! При всех! А этого допускать нельзя!
— Значит, это была ошибка!
Толкаю Ирэн к стене. Сжимаю ее чертово плечо так, что наверняка останутся синяки. Но мне плевать.
— И ты, молодец такая, приехала, чтобы ее исправить!
— Что тут такого? Мы снова будем вместе! Будем счастливы. Маааарк.
Запрокидывает голову, приоткрывая пухлые сочные губы.
