И задыхаясь слезами, рассказывала:"
"— Меня тошнило, но я не думала, что беременна. И тест, — она украдкой смотрела на меня, боясь, что я начну ее в чём-то обвинять, но серьезно это такая мелочь по сравнению с тем, что все обошлось. — И я сначала была зла на тебя, не зотела говорить, но чем дальше…
Да, дальше становилось больно.
— Да, примерно так, больно от осознания, что я насильно вычеркнула тебя из жизни. И я… Матвей… я так виновата…
Ксения спрятала лицо в ладонях, заходясь рыданиями.
Я сидел на кровати и старался обнять жену.
Получилось на третий раз, и Ксюша, поймав меня за плечи, прижалась так сильно как только могла. Я гладил по спине, по волосам. А потом невесомо коснулся ещё незаметного живота.
— Ксюш… я… — начал я немного нервно. — Я не могу просить тебя о прощении. Это глупо. Такие вещи, которые совершил я не прощают, но прошу тебя, дай мне шанс… самый маленький, ненадёжный, чтобы ты могла понять, как сильно я буду любить тебя и малыша и никто никогда не посмеет нарушить мои клятвы.
Не в этот раз…
Ксюша непонимающе смотрела на меня. На глазах проступали прозрачные капли слез. Она шмыгала носом и снова жалась ко мне, чтобы уткнувшись носом в грудь, прошептать.
— Но я ведь написала тебе. Я же хочу быть вместе. Совсем вместе, понимаешь?
У меня с души камень свалился, но ненадолго.
Через два месяца мы с Ксю снова оказались в стенах больницы.
С угрозой выкидыша.
Глава 48
Середине декабря была грязной. Я смотрела, как под колёсами машин смешивался только что выпавший снег и вода из луж.
Новогоднее настроение постоянно желало от меня сбежать.
Плюс наши отношения с Матвеем, которые были наполнены несомненно большей нежностью с его стороны и моей, наверно, тоже. Я не знала.
Мы словно стояли на движущейся льдине, и каждый боялся сделать шаг в сторону друг друга. Это тяжёлое состояние, когда любое слово, действие или взгляд могли разрушить хрупкий, стеклянный мир.
Я забрала со скамейки свои пакеты с покупками, плотнее запахнула пальто, которое не скрывало округлившегося живота и вышла из сквера.
Под ногами чавкала грязь, но с неба сыпался медленный и влажный снег. Я вздохнула.
Погрузившись в машину, я посмотрела в зеркало заднего вида и улыбнулась.
Беременность протекала идеально. Почти. Не считая изжоги.
Но на самом деле я даже жаловаться ни на что не могла, потому что просто была благодарна за то, что у нас будет ребёнок.
