С минуты на минуту должна позвонить Лилька, чтобы попросить забрать Аленку из садика. График ее работы не позволяет ездить за дочкой. Мы с женой несколько лет созванивались в один и тот же час, но сегодня время идет, а Лиля так и не набрала мне.
Не выдержав мучительного ожидания, звоню ей сам. Лиля не сразу поднимает трубку, но все же отвечает.
— Забрать Аленку? — спрашиваю, от напряжения сжимая телефон так сильно, что не удивлюсь, если он сломается.
— Нет, — лаконично отвечает жена. — Я как раз иду к Эльвире Леопольдовне в кабинет, чтобы отпроситься.
— Ты теперь каждый день будешь убегать с работы? Думаю, Кирияниха этого не одобрит.
— А что поделать? — передергивает Лилька. — Если я осталась с ребенком без мужа.
— Я не бросал вас и никогда бы этого не сделал. Это ты отдала мне кольцо.
— Как будто ты не знаешь, почему я так поступила, — вздыхает."
"Знаю. И проклинаю себя за грязь, которую пришлось пережить Лильке. Но что мне делать? Завязать себя в узел и терпеть?
Я пробовал, но моя суть все равно вырвалась наружу.
Наверное, только сдохнуть остается. Но даже этого я не могу сделать, потому что слишком люблю Аленку и Лилю. Я не готов с ними прощаться.
— Я сам заберу дочь из садика. Хоть мы с тобой и в контрах.
— Будет лучше, если за дочерью поеду я.
— Я перестаю тебя узнавать, Лиль. Ты же понимаешь, что отпрашиваться всегда Эльвира тебе не позволит. Ты просто лишишься работы, которую ты всегда любила гораздо больше, чем меня.
В динамике повисает молчание. Мне даже подумалось, что барахлит связь.
— Не в этом дело… — с запозданием говорит Лилька. — После случившегося я не знаю, чего от тебя ожидать, Захар.
Теперь онемел я, переваривая слова жены. На что она намекает?
— Неужели ты думаешь, что я могу как-то навредить Аленке или тебе?! Да, я поступил как блядь, я предатель и вины с себя не снимаю, но я до сих пор остаюсь отцом! Красть дочку или что-то делать в этом роде я точно не стану!
— А есть гарантии?
— Алену я привезу домой в срок, а ты не занимайся хуйней! — сбрасываю звонок.
Мне безразлично, кем окружающие могут меня считать, но намеки от жены, что я могу использовать ребенка в своих целях, задевают до глубины души. Это хуже любого оскорбления. Аленка очень привязана к нам обоим. Без матери ей будет плохо. Разве могу я допустить, чтобы моей дочери было плохо?
Кажется, от обиды у моей любимой жены поехала крыша. Я могу понять Лильку. Мне нет оправданий, но по пути в садик заруливаю в ближайший магазин сотовой связи.
