"
"Гладит меня, будто хочет поцеловать, но я знаю: поцелуи — это не то, что нравится моему мужу. По крайней мере, не со мной. Он, будто издеваясь, наклоняется ближе и ближе, но вместо поцелуя шепчет на ухо:
— У тебя все обязательно будет хорошо.
Лучше бы он просто убил меня.
Поднимаю взгляд на мужа, и из моих глаз срываются две горячие слезинки. Он тут же спешит стереть их.
Меня с детства учили гордо нести себя. Все, на что меня хватает, — это шаг назад. Еще шаг, и еще. Иду спиной вперед, утопая в слезах.
Слезы соленые? Кто сказал? Нет, в них столько горечи, отравляющей, разрывающей душу.
На ходу одеваюсь и обуваюсь, не глядя на Рому. Боюсь, что если взгляну ему в лицо, то просто упаду в ноги и буду молить о любви.
Чтобы хотя бы раз почувствовать это от него.
Ухожу из его дома навсегда, так и не узнав, каково это — чувствовать себя любимой.
Глава 2. Так будет лучше
Рома
Слышу перепалку моего брата Димки с его подругой Делей. Я знаю эту девчонку уже более пятнадцати лет.
Наши родители дружат, но из всех моих братьев наиболее близко с ней общается Дима.
— Ты не понимаешь! — практически выкрикивает она. — Отец решительно настроен выдать меня замуж в этом году. Ты же знаешь его. Он не будет церемониться! С него станется выдать меня за какого-нибудь своего партнера-старпера. Уж лучше за тебя, Дим! — в голосе неприкрытый страх. — Ты хотя бы меня не обидишь.
— Я готов на брак, но с женщиной, которую люблю.
Прости, Деля… это не ты. — Дима в шоке от того, что происходит, впрочем, я тоже.
Делин отец со сцены во всеуслышание объявляет о помолвке дочери, и для Димы с Делей это становится настоящим шоком.
— Уходи! — шипит Аделия на моего брата.
— Ты не должна разбираться с этим в одиночку, — протестует тот.
— Я сказала: уходи! — решительно произносит она и с силой толкает брата в грудь. — Сама заварила, самой расхлебывать. Это не твое дело, Дима. Только я виновата в сложившейся ситуации.
Проходит мимо меня. Взгляд — затравленный, невидящий. Вижу, как дрожат ее руки, как бледно лицо. Она даже не замечает, с какой силой кусает губы. Походка неровная, того и гляди завалится. Я шагаю вперед, подхватываю Аделию за руку.
— Что ты делаешь? — шепчет со страхом.
Можно по пальцам посчитать, сколько раз мы до этого говорили друг с другом.
— Спасаю, — отвечаю спокойно.
Мы выходим на сцену, и я прижимаю Делю к себе.
