И куда меня это привело?
Я настолько теряюсь в воспоминаниях, что не замечаю, как ко мне подсаживается Соня и смотрит на меня мягко:
— Ты думаешь о том же, о чем и я? — спрашивает меня с улыбкой на лице.
— О том, насколько отличаются эти две свадьбы? — говорю сдавленно и обвожу взглядом гостиную.
Таня наливает в бокал шампанское и заставляет визажиста его выпить. Та смеется, обещает нарисовать панду на лице. Татьяна веселится и уверяет ее, что не против.
Аня пляшет под веселую музыку вместе со свой дочерью Златой.
— Я думаю, теперь у вас совершенно точно все будет прекрасно, — искренне произносит Сонечка. — Ромка уже знает?
— Мне кажется, он догадывается, — усмехаюсь я.
Полагаю, Рома понимает — что-то происходит, но что именно, не знает. С каждым днем он все тоньше чувствует меня. Настраивается полярностью на каждую мою смену настроения.
Через час за нами приезжает машина и отвозит на частный пляж. Тут очень красиво: скалы, мелкий белый песочек. Мы не особо заморачивались насчет организации и украшений, ведь природа сама по себе — лучшее украшение.
Пока Рома стоит у импровизированного алтаря, Соня поправляет мне макияж, потому что, пока мы ехали сюда в лимузине, ржали как дурочки, и у меня потекла тушь.
— Ой, — она смотрит мне за спину. — Здравствуйте.
Соня тут же сбегает, а я оборачиваюсь. Передо мной стоит отец. Я вообще очень редко видела его в таком виде — обычные бежевые льняные брюки и легкая рубашка с коротким рукавом.
Мне кажется, он даже спит в костюме.
— Привет, пап, — выдавливаю улыбку, ожидая нападения.
Но отец улыбается уголками губ:
— Здравствуй, дочь, — произносит теплее, чем обычно.
Неужто его сердце передо мной оттаяло?
Отец смотрит мне за спину, где стоит Ромка, и хмыкает беззлобно:
— Что, решила дать второй шанс?
— А надо было выйти замуж за одного из твоих престарелых партнеров? — сразу же лезу защищаться."
"Отец склоняет голову набок и хмурится:
— Я что, совсем отбитый — выдавать тебя замуж за этих мудаков?
Шокированно открываю рот:
— То есть… ты никогда не собирался?
— Ну, — мнется, — я хотел породниться с Волковыми, а среди них все парни нормальные, отдать дочь за одного из них не страшно и не стыдно.
О других речи никогда не было.
Отец говорит искренне, я знаю. Он никогда не врет, предпочитает правду.
— Ты прекрасно выглядишь, — кивает мне и протягивает руку, чтобы я взяла его под локоть.
