Он буравил меня злым взглядом и пускал из носа пар, как молодой бычок на первом родео. Как назло в тот день я была в алом брючном костюме, при виде которого, лицо Савранского хищно вытянулось. Он цокнул копытом и пропыхтел:
- Настя, ты не хочешь объясниться?!
Если честно, то как-то не очень. Вроде уже все обсудили, но нет, так и тянет бывшего на интеллектуальные беседы. Оценив безумное выражение лица Кеши и то, насколько тонки стены у нас в доме, я решила пригласить таки мужа в квартиру. Не хочется начинать знакомство с соседями нашей бразильской сагой.
Савранский молча прошел за мной на кухню и сел на предложенный стул.
- Почему я получаю от тебя бумаги на развод?! Что еще за юрист? Зачем делать это по почте, неужели ты не могла обойтись без этой своей театральщины и просто поговорить?! – Он воинствующе сцепил руки в замок на груди, но увидев мою улыбку, смутился: - Настька, ты чего ржешь? Ты в порядке?"
"Если смерч с вращающимися в жерле домами, фургонами и трансформаторской будкой можно назвать порядком, то да, я в нем.
На задворках сознания на безумной скорости проносятся воспоминания, лица, фразы. В этом потоке трудно что-либо рассмотреть, невозможно затормозить и подумать. Мысль в голове одна и та глупая.
- На этой кухне мы с тобой еще не срались, - давясь от смеха, прошипела я. – С почином, Савранский!
Кеша удивленно моргнул.
- А разве мы с тобой срались на той кухне? Мне казалось, мы просто беседовали.
- Ага. От наших бесед посуда об стены билась! - Снова прыснула я.
Все это невероятно смешно, хотя должно быть грустно!
- Просто мы с тобой эмоциональные люди. Такой темперамент, но ведь было и весело, - с обидой в голосе парировал Кеша.
Я даже остановилась на секунду. Слезы в глазах высохли, а лицо перестало кривить в улыбке, до того серьезным звучал голос моего мужа. Он что, не шутит?
- Какое именно веселье ты имеешь ввиду? То, что случилось после первой измены? После второй? Или там, в промежутках?
Кеша поморщился:
- Насть, давай не будем вспоминать ни Женю ни Тимура, было и было, считай что мы сравняли счет.
Я закричала так, что Савранский отшатнулся:
- Какой на фиг счет, Пелле? Кому ты голы забиваешь, придурок?!
На секунду я потеряла контроль и выпустила эмоции наружу. Там за показным весельем змеилось что-то темное и очень плохое. Ярость, непонимание, боль. Не на мужа, пусть чешет куда хотел, перо ему в сраку и попутного ветра для легкости.
