Малыш, у меня никогда таких стойких, как ты, не было, — мурлыкнула она, положив мою руку себе на грудь. — Сожми, у меня натуральные. И губы — свои. Все говорят, я красивая.
— Очень. Но жена… любимая, — с трудом ответил я.
— Давай хоть подрочи, сам себе подрочи, это не считается… — шепнула она. — Если ты такой принципиальный, я уйду.
Дверь хлопнула."
"Прикрыл глаза, коснулся члена рукой, а потом… рядом с моими заскользили и другие пальцы. Мозг слабо пискнул, что пальцы — женские, но меня уже на части рвало похотью, и я… сдался.
Сдался, а потом узнал, что рядом была Полечка, моя жена, которая видела все.
— Блять, это конец. Она не простит… — выдыхаю я, уронив лицо в ладони.
— Я понимаю, девка разнылась… — закуривает Ефим, присев рядом.
— Что?
— Девка твоя, говорю, разнылась…
Лучше бы он молчал. Мое сердце на куски разрывается от мысли, что я причинил боль любимой. Но что это за хрень творится со мной, член не опадает, будто деревянным стал! Ничто его не берет.
— Но ты же мужик. Хрена ли ты ноешь?! — удивляется.
— Она моя жена. Же-на, блять.
— У меня четыре было. Двоих пережил. Блядями оказались… — хохотнул Ворон. — Последних двух сменил за вторую ходку, мдааа…
Я, тоже молодец, нашел, кому рассказывать о своих чувствах.
Бывшему уголовнику… Сейчас — крупному бизнесмену.
— Хорошо, ты не считаешь, что жена — это важно, а любимая? Ты когда-нибудь любил?! Вот я люблю! ЖЕНУ СВОЮ! И я изменять ей не хотел!
— Судя по тому, что Томка кое-как промямлила, ты и не изменил. Только разок соснула тебе и…
— Завались, а? — прошу.
Ефим хмыкает. Я бы такое ему не сказал, в иной обстановке. Но сейчас…
— Короче, приходи в себя, — поднимается Ворон. — Я здесь замну, ок?
— Я домой. Поля, наверное, домой поехала.
— С водилой езжай, сам бухой за руль не садись… — смотрит сочувственно. — Если бы я знал…
Не договаривает и уходит.
Я кое-как одеваюсь, трусы причиняют неудобства, конец ноет.
Кажется, мне что-то подмешали, трахаться хочется жутко… Член не опадает.
Мне надо домой, а там — Поля.
Нет, нельзя к ней таким…
А куда можно? Поеду домой!
Глава 6
Полина
— У тебя переночевать можно, надеюсь? — спрашиваю безжизненным голосом.
Мы ездили, пока бензин не кончился…
Кое-как дотянули до заправки, и все… из меня будто выпустили всю кровь.
Сижу, уронив руки на колени. Лида пьет кофе, купленный на заправке, протягивает и мне стаканчик.
— Тебе какао взяла. Ко мне можно, конечно. Только я поведу, идет?
— Угу.
— Сейчас допью и поедем.
