Если для этого нужно драить замок сверху донизу и в кровь стереть руки, она будет делать это без сожаления.
Именно эта решимость заставила Эвелин выбраться из тепла уютной постели, где рядом спал муж, однако больше всего на свете ей хотелось разбудить его так, чтобы это пробуждение он помнил всю жизнь.
Дрожа от холода, Эвелин встала, быстро оделась и разожгла камин, чтобы Грэм проснулся в тепле. Потом спустилась вниз, готовая к новому дню испытаний.
Интересно, какие задания она получит сегодня? Может, Нора заставит ее выносить ночные горшки? Эвелин содрогнулась при этой мысли, но сочла, что такое вполне возможно.
Нора встретила ее с удивлением и не сумела этого скрыть. Взгляд домоправительницы показался ей даже виноватым, но Эвелин тотчас отбросила эту мысль. Нора твердой рукой управляла здешними женщинами. Эвелин сомневалась, что она когда-нибудь испытывала жалость к своим подчиненным.
— Доброе утро, — звонко приветствовала ее Эвелин, подавляя желание со всех ног броситься наверх и нырнуть под теплое одеяло.
Нора бросила на нее раздраженный взгляд и жестом подозвала туда, где стояла сама в компании двух молодых женщин, имен которых Эвелин не знала.
— Помогите готовить завтрак, — сказала домоправительница. — Сегодня еда простая. Овсяные лепешки, хлеб и немного овсянки для тех, кто захочет.
Эвелин облегченно вздохнула. Действительно несложно, исцарапанные руки не пострадают.
Мэри объяснила ей, как лепить лепешки, и Эвелин принялась за дело, стараясь ничем не выказать недовольства, однако вскоре обнаружила, что готовить еду для целой орды голодных воинов вовсе не просто.
Ее лепешки были не такими ровными, как у Мэри, но вкус у всех одинаковый. Она вообще сомневалась, что кому-нибудь придет в голову размышлять о красоте такой неаппетитной штуки, как овсяная лепешка.
Управившись с лепешками, Эвелин подняла голову и обнаружила, что кухня пуста, а все женщины куда-то делись. Очень странно. Она вытерла руки о юбку и огляделась — вдруг что-нибудь упустила. В этот момент в кухню вернулись женщины.
Нора и Мэри стали быстро складывать лепешки на подносы, а остальные занялись хлебом. Нора хмурилась, когда ей попадались кривые лепешки, и бросала на Эвелин суровые взгляды, как будто хотела сказать: «Ты никуда не годишься».
Эвелин огорчилась, плечи ее поникли, но она тут же их расправила и потянулась за подносом. Мэри с готовностью сунула ей поднос и подтолкнула в сторону зала.
Эвелин вдруг занервничала и осторожно выглянула из двери.
