Холл был украшен позолотой, и смешными барельефами, изображавшими различные сцены из греческой мифологии. На постаментах стояли милые вазы, а стены были расписаны яркими необычными цветами, казалось, что это огромные лилии расцветают в странном мифическом саду.
– Как вы смели сюда прийти? – увидев Ирину, старуха сразу перешла «в нападение»
– И вам здравствуйте, – Ирина решительно не понимала, что происходит. Видно же, что её узнали, по документам она баронесса Виленская, тогда почему какая-то старая тётка так на неё орёт?
– Пошла вон, распутница, греховодница! – старуха всё более распалялась, а у Ирины ка назло тошнота подкатила к горлу, и её вырвало желчью, после чего Ирина осела в обмороке.
Ирина пришла в себя на лавке, укрытая каким-то тулупчиком. Лавка была твёрдая и неудобная, но Ирине было всё равно. Сил не было поэтому лучше уж на лавке лежать, чем на полу., тем более судя по запаху, лежит она где-то рядом с кухней, нос щекотали вкусные ароматы домашней еды.
Поэтому она подтянула тулупчик и закрыла глаза.
– Барыня, – тихо позвал её мягкий голос, Ирина открыла глаза и увидела маленькую согнутую всю старушку.
– Барыня, вот бульончику, ну-ка присядь, я уж не подниму тебя – старушка говорила тихо, Ирина еле-еле слышала.
Ирина присела, и старушка протянула ей большую глиняную кружку с горячим бульоном.
После бульона и вправду стало полегче.
– Барыня, нельзя тут тебе, вона как Елена Михайловна-то ругалась – старушка виновато прищурилась, как будто это она ругалась
– А почему нельзя – решилась спросить Ирина
– Так как же, ушли же вы, давно, бросили Сергея Михайловича и Сашу, и с тех пор-то мы вас и не видели.
– Куда ушла? – всё еще ничего не понимая, спросила Ирина
– Так не наше это дело – старушка замолчала и больше ничего не говорила
Ирине стало не по себе, и голова снова неприятно закружилась.
– Можно я еще немного здесь полежу? – спроси ла старушку и не дожидаясь ответа, прилегла обратно на лавку. Глаза закрылись, и Ирина уснула.
***
– Привет Захар, что у вас здесь случилось? – барон приехал на обед со службы. Обычно его встречала сестра, но дворецкий доложил, что она понервничала и в расстроенных чувствах прилегла у себя.
