А в это время Ирина возвращалась из Никольского домой, в поместье. Увидев чью-то карету, она приказала кучеру остановиться, чтобы узнать не нужна ли помощь.
Солдаты обрадовались, что им не придётся везти их подопечную верхом и подвергать опасности заболеть лихорадкой. Строганова тоже обрадовалось возможности пересесть в сухую тёплую карету к дочери помещика Лопатина. Но вот беда, когда Анна выходила из своей кареты, она поскользнулась на мокрой ступеньке и, попытавшись удержаться, всё-таки упала, сильно ударившись ногой.
Сломанную карету пока оставили на дороге, Анну перенесли и усадили в карету к Ирине, вместе с ней Ирина забрала старую нянюшку, которая стеснялась к чужой барышне в карету в мокром садиться, но Ирина была непреклонна, потому как не могла себе представить, как это пожилая женщина поедет под таким ливнем снаружи.
До поместья Лопатиных доехали быстро. Успели только поговорить про дорогу да назвать друг другу имена. И никто из них даже не подумал, что одна жена, а другая невеста одного и того же человека.
Это были просто две молодые женщины, которые только что познакомились.
Приехав в поместье, Ирина тут же организовала, тёплую еду, нагретое вино, баньку. Выяснилось, что ногу барышня повредила значительно, она вся распухла и болела. Ирина приказала ногу барышне перемотать, приложила лёд и пообещала с утра послать за доктором.
***
Москов. Столица"
"Наступило воскресенье, надо было идти на обед к сестре Виленского.
Леди Бейкер снова надела ненавистное монашеское чёрное платье и приказала горничной зачесать волосы в гладкую причёску.
Воспоминания прошлой ночи будоражили кровь Жозефины. Красавчик граф приходил в первую ночь после памятного поцелуя в карете, но Жозефина не открыла. Пусть помучается, хотя ей и хотелось самой, но она помнила, что мужчины – это охотники и надо дать им возможность «потрудиться».
Но вчера ночью граф пришёл не через окно, он каким-то образом достал ключи от её комнаты и пробрался, когда она уже начала засыпать.
И здесь, конечно, леди Бейкер не устояла.
– Ну почему нельзя выйти замуж за графа, – думала Жозефина, считая, что граф Балашов уже у неё «в кармане».
Если бы она умела читать мысли, то была бы крайне разочарована, что граф Балашов не собирается разрывать помолвку со своей худосочной невестой, а все мысли его только о том, чтобы никто не узнал о его связи с леди Жозефиной.
