Догадавшись, кто вошел без стука, Джудит поднялась с ведром в руке и сухо обратилась к Нейтану:
– Полы вымыты, а вам пора обедать.
Она поспешно покинула каюту, не взглянув на дядю, но Джеймс не вышел следом за ней. Он медленно приблизился к столу, его грозная поза не предвещала ничего доброго, и Нейтан заподозрил, что, возможно, расплата последует раньше, чем можно было ожидать.
– Я знаю, что это не ваша битва, Тремейн, а потому выдвинутые вами условия возмутительно…
– Давайте обойдемся без угроз, – оборвал его Нейтан.
– Я ничем не оскорбил вашу племянницу. И вы ошибаетесь. Меня вынудили уступить вам.
– Вот как? А я и не понял, что сумел убедить вас.
У Нейтана вырвался злой лающий смешок.
– Ну нет. У меня были на то свои причины, которыми я не намерен с вами делиться. До тех пор, пока с этим документом ничего не случилось, – он достал из ящика стола бумагу, потряс ею в воздухе и снова спрятал, – не столь уж важно, когда я вернусь в Англию.
– И что это за бумажка?
– Доказательство, что я выполнил возложенное на меня поручение.
– Достаточно моего свидетельства, старина, другого доказательства вам не требуется. А если я не доберусь до Англии, за вас поручатся мои родственники.
– Не обижайтесь, лорд Меллори, но я предпочитаю документ, который от меня потребовали.
– Кажется, я понимаю… вам обещано помилование в обмен на эту бумагу?
Нейтан расхохотался.
– Вы меня удивляете. Ваша проницательность поражает воображение.
– Значит, вы не желаете поведать мне свою историю? В этом нет надобности.
В молодости я вел весьма бурную жизнь и много чего повидал. Куда больше, чем хотелось бы. Вы возвращаетесь домой на собственном корабле, и все же должны представить письменное подтверждение, что достигли цели. Это говорит само за себя. Вы добиваетесь или повышения по службе, или помилования, а поскольку вы не военный… – Джеймс направился к двери, но внезапно остановился и, обернувшись, добавил: – Вы мне всегда нравились. Нужна изрядная храбрость, чтобы сбить с ног моего брата. Надеюсь, мне не придется убивать вас.
Нейтан подался вперед, опираясь руками на стол.
– Так это вы выпустили меня из карцера на своем корабле?
На лице Джеймса не дрогнул ни один мускул. Лицо его вовсе ничего не выражало.
– Это означало бы, что вы у меня в долгу, не правда ли?
– Вы так и не ответите?
– Неужели я похож на того, кто творит добрые дела? Это я-то? – И Джеймс со смехом покинул каюту.
Нейтан с досадой уставился на дверь. Меллори как никто умел напустить туману.
