Марина всхлипывает, ее ногти царапают столешницу, а по голым плечам снова бегут мурашки.
Пытаюсь тормознуть хоть немного. Но не выходит. Словно я снова голодный, словно и не было нашей ночи. Как пацан хочу ее и всё, в любой ситуации.
Наклоняюсь, прижимаюсь голой грудью к ее спине, целую шею, стараясь дать немного нежности, потому что трахаю жёстко. И улетаю от ее стонов, всхлипов, криков. И от того, как мышцы ее лона вибрируют, стискивая меня изнутри. Последние мои толчки слишком сильные, настолько, что под нами начинает скрипеть стол.
Но моей плохой девочке нравится, она кусает мои пальцы, которыми я сминаю ее губы.
Марина улетает первой, содрогается, хватая воздух. Я следом за ней. Это так остро. Так... в глазах на секунду темнеет.
Дышу, чувствуя, как дрожит женское тело подо мной. И мне хорошо. Я сейчас не про физическое удовольствие. Это что-то глубже и тоньше.
Да ну на хрен, Бережнов.
Ты из одних отношений ещё до конца не вышел. И они были пиз*ец какие болезненные. А тут...
Прикрываю глаза.
Пусть. Я не привык себя обманывать. Пусть всё будет как будет.
Поднимаюсь, медленно выхожу из Марины, снимаю презерватив, выкидываю его в урну и натягиваю штаны. Чувствую прилив энергии. Утренний секс – лучше, чем любая зарядка или пробежка. Марина так и лежит на столе, прижавшись щекой к столешнице. Аккуратно надеваю на девочку трусики, которые болтаются в ногах. Ещё раз целую уже отшлёпанную попу. Обхватываю женскую талию и ставлю Монро на ноги, разворачивая к себе лицом.
А моя зараза улыбается, прикрывая глаза.
— Рад, что тебе понравилось. Вечером повторим, — целую уголки ее улыбающихся губ.
— В смысле повторим? — распахивает она глаза, поправляя халатик, скрывая от меня шикарное желанное тело. — Нет! Я больше тебе не дам!
— Какое громкое заявление, — ставлю на место стол, который мы сдвинули.
— Ты меня так растерзал, что мне нужен отдых. Я так не могу. Ты большой. Я точно ходить не смогу! — возмущается. А я невозмутимо ставлю на стол ее блинчики, сметану и джем.
— Детка, прекрати мне льстить, — усмехаюсь, настраивая кофемашину.
— Да какая лесть. Я серьёзно.
Подхожу к ней и шепчу на ушко:
— Я аккуратно вылижу тебя всю. Вылечим твои прелести от моих вторжений.
А Марина краснеет, как девочка, закусывая губы.
Еще раз ее целую и иду делать кофе.
Глава 23
Марина
— Так вот, Златочка, оказывается, довольно неплохо знает немецкий, — сообщает нам мама, продолжая восхищаться новой невестой Альберта.
