Буду высылать их маме по великим праздникам. Через годик-другой скажу, что ты мне изменил и я тебя выгнала, — выдает она мне.
— Э, нет, я не согласен, — качаю головой. — Я женщинам не изменяю. Измена – это неуважение своего выбора. Остыл – уйди достойно.
— Как это мило, — язвительно улыбается Монро. — Да какая тебе вообще разница, что я скажу позже? Ты же даже об этом не узнаешь, — смеется.
— Посмотрим, — вкрадчиво произношу я.
— Ну да, — скептически цокает. — Самоуверенность – наше всё.
И эта женщина будет говорить мне о самоуверенности?
Я тут участвую в ее цирке, а она ведет себя так, будто я ей должен.
Качаю головой, но смеюсь. Меня вставляет.
— Так, что еще? Зовут меня Марина Любимова, мне двадцать семь лет. Работаю на удаленке, дома пишу отчеты для компаний. Что еще? — задумывается.
— Любимова? — переспрашиваю я.
— Да. Что не так с моей фамилией? — возмущенно сдувает упавшие волосы с лица.
— Любимова, — повторяю. — Хорошая фамилия, Монро.
— Ах да, при маме не называй меня Монро. Она этого не любит, — кривит губами.
— Почему?
— О, там целая лекция о том, как влияет карма мертвой актрисы на мою судьбу, — закатывает глаза.
— Ясно.
Мама у нас тоже с прибабахом. Весело, по ходу, будет.
Подъезжаем к аэропорту. Паркуемся. Выходим. Мне, в принципе, весело, а вот Марина нервничает, постоянно кусая губы. Спотыкается на ровном месте, подхватываю ее."
"— Держись, — подставляю предплечье. Цепляется за меня, сжимая. — Да прекрати так переживать. Я буду идеальным мужем, — усмехаюсь.
— Тебе понравится. Расслабься и получай удовольствие, Любимова. Да начнется игра! — с триумфом произношу.
Я уложу тебя в свою кровать. Ты так мне задолжаешь.
Глава 13
Марина
— Вот они, — шепчу Богдану, указывая глазами на мать, которая забирает багаж. Помогает ей мужчина. Это явно мой немецкий «суженый». Надо признать, в жизни он лучше, чем на фото. Да, не красавец. Да, с той же козлиной бородкой. Но ухоженный, выглаженный и опрятный, что несвойственно для немецкого менталитета.
Но это всё равно не вызывает у меня желания отдаться ему, как жаждет моя мать.
Кстати, о маме. Сейчас я поставлю ее в очень неудобное положение.
Ну а как она хотела?
Надо не просто слушать дочь, а слышать. Будет ей уроком. Прививкой от вмешательства в мою жизнь.
Прости, мамочка. Я тебя очень сильно люблю. Но так надо.
Глубоко втягиваю воздух, сжимая руку Богдана крепче, когда мама идет в мою сторону.
— Как зовут тещу? — шепотом интересуется у меня Богдан.
