– Иногда начнешь договариваться, думаешь, все в порядке, отправишь человека, тот потратится, купит товар, привезет за три моря, и бац, не подходит. Либо внешний вид испорчен, либо фирма не та… да мало ли что бывает.
– И что делают потом «экономические» туристы?
Мила махнула рукой:
– Меня убивают, один даже в суд подал, впрочем, его можно понять! Ехал, тащил, и фиг вышел, да еще деньги в Москве выбросил на абсолютно бесполезные вещи. Хотя я на самом деле не виновата, и все клиенты перед отъездом подписывают контракт, где черным по белому написано: «Фирма „Злата“ не несет ответственности в случае несостоявшейся сделки».
У меня неожиданно вспотели ладони.
– Скажите, с Аленой тоже случались подобные казусы?
– Очень редко.
– Можете назвать фамилии и адреса недовольных ею клиентов?
Мила удивилась:
– В общем-то да, только зачем это вам?
– Очень надо.
– Извините, я не имею права разглашать служебную информацию, – твердо ответила девушка.
Я вытащил удостоверение.
– Вы из милиции, – протянула Мила, – а-а-а, значит, не клиент!
В ее голосе послышалось глубокое разочарование и легкое раздражение.
– Я не имею никакого отношения к государственным правоохранительным органам, – быстро сказал я, видя, как она мгновенно нахмурилась, словно летнее небо в душный полдень.
– Но тут написано…
– А вы внимательно прочитайте.
– Частный детектив, – провозгласила Мила. – Ой, вы как этот, ну, такой, с усами… Эркюль Пуаро!
– В общем, да, но он был намного старше, сантиметров на сорок короче и родом из Бельгии.
– И зачем вам адреса?
Я оперся локтями на стол.
– Милочка, меня наняли родственники Шергиной, чтобы найти убийцу Алены.
Девица стала пунцовой, на висках у нее проступили капельки пота.
– Убийцу?! Да вы что! Алена погибла в автокатастрофе, пьяная села за руль и не справилась с управлением.
– И кто вам это сказал?
– Олег Пантелеевич, вице-президент, велел не болтать, а клиентам говорить, что Алена уволилась, – растерянно пробормотала Мила.
– Вы дружили с ней?
Мила покачала головой:
– Нет, просто мы сидели в одной комнате, общались лишь по работе, она была отличным специалистом.
Я про нее вообще ничего не знала, Шергина про свою личную жизнь не рассказывала. Замужем она не была, детей не имела, это, пожалуй, все, что я знаю. Ей звонили сюда кавалеры, но Алена очень быстро сворачивала разговор, впрочем, я, если могла, сразу выходила, когда понимала, что речь идет не о работе. Она лишь один раз чуть-чуть душу приоткрыла.
