Дальше – просто, от удара на автомобиле остаются следы, а на проезжей части валяются осколки от фары… В городе Электросталь существовала когда-то целая колония, в которой делали сетку-рабицу парни, решившие, что лучше укатить с места происшествия, чем объясняться с соответствующими службами.
Понимаете, в какой ужас пришла Олеся, увидав рыдающую дочку? Мать мигом кинулась спасать глупое дитятко. Олеся села за руль и погнала в Ленинградскую область, в деревню Тетеркино, где обосновался один из ее бывших любовников, художник Володя.
На следующее утро «Жигули» разобрали полупьяные пейзане на запчасти, а Олеся на поезде прикатила в Москву и подала заявление об угоне тачки. Причем, сунув следователю сто долларов, она «убедила» его, что «жигуль» пропал не в пятницу, когда был совершен наезд, а в четверг утром.
Посчитав проблему решенной, Олеся вздохнула спокойно. Правда, они с Женечкой первое время дергались от каждого телефонного звонка, но потом успокоились. Время шло, стало понятно, что свидетелей наезда нет, в Тетеркино никто не наведывался, машину, похоже, искать не собирались.
Одним словом, Олеся совсем успокоилась, и тут появился я с рассказом о Галочке, запомнившей номер машины.
Я посмотрел на бледную заплаканную мордочку девочки.
– Значит, это ты сидела за рулем?
– Ага, – с самым несчастным видом кивнула дурочка, – что теперь будет?
– Ничего, – вздохнул я, – меня наняли расследовать не это дело, я сейчас уйду. Скажи, у тебя нет знакомого по имени Леонид Михайлович?
Женечка насупила гладкий, без единой морщинки узкий лобик.
– Леонид Михайлович… это кто ж такой… А! Леньку Кротова имеете в виду? Да, мы с ним в одной группе.
– И сколько ему лет? – для проформы поинтересовался я.
– Ну, наверное, как мне, девятнадцать или двадцать.
Я вздохнул:
– А про женщину, которую зовут Инга Владимировна, что-нибудь слышала? У нее еще имеется дочка Сонечка.
– Не-а, – удивленно ответила Женя, – хотя можно у мамуси спросить, у нее полно заказчиков.
Зачем вам эти люди?
– Да так, – пожал я плечами, – долго объяснять.
Когда Нора услыхала эту историю, она покраснела и воскликнула:
– Ты уверен, что они сказали правду?
Я кивнул.
– Абсолютно. Одна перепугалась до полусмерти и принялась совать мне деньги, а вторая просто маленькая дурочка, не способная ни к какой систематической умственной деятельности.
– Может, их все-таки наняли, чтобы убить Колпакова? – цеплялась за последнюю надежду Нора.
