Видно, противоположная сторона как-то сумела заинтересовать его: иначе зачем же ему так рисковать и в самый последний момент менять свое решение?
Второй раз Борис Алексеевич перешагнул порог его кабинета три месяца назад, когда решался вопрос о финансировании одной из демократических партий. Беляев, далекий от всякой политической возни, интересовался, какие силы стоят за ними. Задание оказалось непростым, и на его выполнение ушел почти месяц. Как выяснилось, главным кукловодом политических лилипутов оказался один из опальных олигархов.
В прошлом — сильный конкурент, а в нынешнем опальная фигура и весьма демоническая личность.
В помощи решено было отказать.
Демократическая партия, потеряв финансовую подпитку, скоро захирела и, лишенная соков, превратилась в политическую мумию. А еще через пару недель ею уже пугали российского обывателя.
Сегодня Беляев вошел в кабинет в третий раз. Для этого не было особой нужды, достаточно было поднять трубку — и Маркелов тотчас явился бы на начальственный зов.
Но Борис Алексеевич предпочел поступить иначе. И видно, на то у него были серьезные причины.
В первый момент Маркелов даже испытал некоторое замешательство, думая, как поступить в следующую минуту. Может, следовало подняться и поспешить навстречу генеральному? Но вроде бы уже виделись. Неловко как-то… Маркелов оперся о стол, тем самым как бы давая понять, что готов продемонстрировать любезность, но Беляев неожиданно махнул рукой, дескать, сиди, чего уж там!
Присев на соседний стул, будто бы обычный проситель, он некоторое время рассматривал обстановку кабинета, как если бы оказался здесь впервые.
После чего сообщил:
— От Покровского мне пришел факс, предлагает встретиться. Что ты думаешь по этому поводу?
А вот это новость!
Маркелов едва не крякнул от удивления. Николай Анисимович Покровский был генеральным директором компании «Плутос», то есть одним из главных соперников «Российского ковчега». Вот бы кто порадовался, если бы Беляев на очередном витке судьбы свернул себе шею.
— И чего же он хочет? — настороженно спросил Захар.
Губы Беляева скривились в едкой ухмылке.
— Факс с таким содержанием я ему и отправил. Но он пишет, что назрела необходимость встречи. У него имеется для меня какая-то конфиденциальная информация.
Отношения между Беляевым и Покровским складывались своеобразно. Дело в том, что в последние два года они не разговаривали даже по телефону и общались вот таким странным образом — забрасывая друг друга факсами.
