— …второй выстрел был сделан из противотанкового гранатомета одноразового действия, ориентировочно «LAW 72», — продолжал Маркелов.
— Это который с трубой, что ли? — уточнил Беляев.
— Да.
— Ого!
— Да. Чтобы привести такое оружие в боевую готовность, надо повозиться, — доложил Маркелов. — Прицельная дальность до 300 метров. Однако граната может лететь до тысячи метров.
— Серьезная штуковина! — безрадостно заметил Борис Алексеевич. — Вот с такими людьми приходится иметь дело. А потом у меня спрашивают, почему я такой суровый? Что мне, миловаться, что ли, с ними?! Они в меня гранатами швырять, а я к ним с объятиями, что ли, лезть? — Последние слова прозвучали несколько резче и с явным упреком начальнику службы безопасности, дескать, чего же ты недоглядел мое имущество.
Можно было подумать, что он просил у него совета, но за время совместной работы Захар понимал, что это не так. Беляев крайне редко спрашивал чье-то мнение. Ему по душе был авторитарный способ руководства, а потому он всегда выдавал готовые решения, которые следовало немедленно исполнять, бодро взяв под козырек.
— Нет, мои хорошие, если вы врываетесь в мой дом с гранатой, то не ждите от меня цветов!.. Вот разве что на могильную плиту.
И опять совершенно невыразительные интонации. Наоборот, его голос сделался даже глуше, что только подчеркнуло серьезность угроз.
— Засекли машину, из которой был сделан первый выстрел?
Генеральный во всем был профессионалом и не оставлял без внимания даже малейшую мелочь. И прогулка по битому стеклу — это не дань праздному любопытству, а часть большой аналитической работы.
Шаг за шагом, по крошечным кускам мозаики, он стремился охватить всю картину произошедшего. И заодно прикинуть размер нанесенного ущерба. Маркелов знал, что Борис Алексеевич не принимал скороспелых решений, все свои действия он тщательнейшим образом продумывал. Сейчас в коре головного мозга проходила усиленная работа, и нейроны, возбужденные до предела, стремились подсказать нужное решение. Первый этап осмысления был закончен, теперь можно подняться на следующий уровень.
Захар слегка приподнял плечи. Он давно ожидал этого вопроса. Но Беляев пока не желал выслушивать расширенного доклада.
— Засекли. Машина попала в сектор видеонаблюдения. Часом позже ее обнаружили. Она была брошена через четыре квартала от нашего офиса, в проходном дворе. Очевидно, стрелок пересел на другую машину. Поспрашивали жильцов, они сказали, что там же была припаркована красная «девятка».
