Учить тебя не надо, ты профессионал, так что на месте разберешься. Лады? — и уверенно протянул через стол руку.
Захар невольно задержал взгляд на протянутой ладони. Она у Беляева была крупной, пухлой, очень белой. Как будто олигарх всю жизнь наслаждался варениками и сдобными булочками. Но Маркелову было достоверно известно, что прежде «состояние» Беляева оценивалось сменой нижнего белья да горстью мелочи на пиво.
— Разберусь, — уверил его Захар, пожав протянутую руку.
Теперь Маркелов понимал, почему олигарх вместо мягкого кожаного дивана предпочитал сидеть на стуле, что придавало встрече официальный характер.
Он давал понять, что между ними всегда будет дистанция. И обращение на «ты» было не жестом расположения, а, наоборот, подчеркивало разницу между хозяином и наемным рабочим. Ладно, посмотрим, что будет дальше.
— Разберись, дружок, — уткнулся Беляев в какие-то бумаги, давая тем самым понять, что их встреча завершена.
Захар не спешил уходить, важно с самого начала отвоевать себе территорию, на которой можно не только работать, но и комфортно жить.
Пусть привыкает к мысли, что начальник службы безопасности — фигура во многом ключевая.
— Можно теперь мне задать вам два вопроса?
Оторвав тяжеловатый взгляд от стопки бумаг, олигарх с интересом посмотрел на нового начальника службы безопасности, как бы тем самым говоря: «А вот это что-то новенькое».
— Задавай."
"— Почему выбор пал именно на меня? В «девятке» немало хороших специалистов.
— Мне объяснили, что ты лучший. Ты ведь сейчас на пенсии?
— Да.
— В тридцать два года хорошо не только получать приличную пенсию, но и начинать новую жизнь.
— А чем вас не устроил предыдущий начальник охраны?
— Меня не удовлетворили его профессиональные качества… Еще вопросы имеются? — Пухлые ладони мягко и одновременно несколько раздраженно опустились на стол.
— Нет.
— Вот и прекрасно. А сейчас мне нужно поработать.
Глава 18 ОБСТРЕЛ ОФИСА
Только спустя две недели Захар сумел по-настоящему оценить масштаб империи Бориса Алексеевича, свободно раскинувшейся между двумя могучими океанами — Атлантическим и Тихим.
Разветвляясь, она заползала своими многочисленными отростками в крупные промышленные города, в которых непременно пускала глубокие корни.
Тело империи было могучим и крепким, наполненным живительными соками, без какого бы то ни было намека на одряхление или усталость. Голова же ее обосновалась в Москве, раскинувшись едва ли не на целый квартал Кутузовского проспекта.
