Есть только одна небольшая деталь.
Пётр Павлович сделал театральную паузу, наслаждаясь моментом.
— Илья и Елизавета Бутурлины успели оформить все необходимые документы до того, как опека формально началась. Не имея на тот момент опекунов, они, согласно древнему, но действующему закону, передали своё имущество под управление княжеской канцелярии на время службы.
— Это невозможно! — взревел Сергей, и его второй подбородок затрясся от ярости. — Они не могли!
Я достал из внутреннего кармана сложенный документ и развернул его так, чтобы все видели княжескую печать.
— Посмотрите на дату и время, Сергей Михайлович. Утро, девять часов тридцать минут. А решение совета принято в… — я посмотрел на часы, — четыре часа пополудни. Неприятно, не правда ли?..
Бутурлин-старший схватил документ трясущимися руками. Его глаза забегали по строчкам, лицо из багрового становилось пунцовым.
— Вы… вы специально! Это подлог! Мошенничество! Я не позволю!
Он швырнул документ на стол и повернулся к членам совета.
— Уважаемые господа! Это явная провокация! Эти… эти мошенники специально обошли закон!
— Обошли? — я поднял бровь.
— Интересный выбор слов для человека, который пытался захватить чужое наследство. Мы всего лишь следовали действующему законодательству. Разве это преступление?
Чиновник за столом поморщился и сухо ответил:"
"— Ваше Сиятельство, прошу вас успокоиться. Вопросы управления имуществом не находятся в нашем ведении. Прошу вас перенести эту дискуссию за стены нашего учреждения.
Сергей повернулся ко мне, и в его глазах плескалась ненависть:
— Это ничего не меняет! Я всё равно их опекун! Я буду решать, где им жить, что есть, с кем общаться!
— В Пограничье? — я усмехнулся.
— Желаю удачи в попытках командовать людьми, находящимися под юрисдикцией военного командира. Хотя, знаете что? У меня есть отличная идея. Вы сами можете поступить ко мне на службу в Угрюм, чтобы быть ближе к любимым племянникам. Глядишь, из вас ещё получится сделать человека. Физический труд на свежем воздухе творит чудеса — избавляет от лишнего жира и дурных мыслей.
Аделаида ахнула от возмущения, а лицо Сергея приобрело оттенок спелой свёклы.
— Представьте только, — продолжил я, наслаждаясь моментом, — Вы в роли рядового дружинника. Утренние построения, тренировки с оружием, патрулирование… За пару месяцев вы станете совершенно другим человеком. Может, даже научитесь зарабатывать честным трудом, а не обирать должников.
— Как вы смеете! — взвизгнул он.
