— Я чувствую твой страх, мерзавец! Быстро скажи, где Эля!
Я хотел его припугнуть, надеясь разузнать хоть какую-то маломальскую информацию. Времени оставалось все меньше, мы до сих пор не могли найти Элю. Я чувствовал, как с каждой секундой надежда на ее спасение таяла на глазах…
— Отпусти его, и я скажу, как найти Элю!
Громкий женский голос заставил меня замереть на месте.
***Эмиль
Это был роковой для нашей братской дружбы день. Сука! И ведь было бы из-за кого! Дрянная Стелла, будь она неладна, вывернула всю нашу грязь на Макса.
Нет, я бы рассказал, но не сейчас, когда нам нужно было спасать нашу Ягодку. Нашу или уже не нашу? Сомневаюсь, что теперь мы сможем делить ее друг с другом…
Злость вдруг накатила на меня так сильно, что я больше был не в силах ее сдерживать:
— Довольна, Стелла?! — я прижал ее к машине и надавил на горло совсем, как Макс пятью минутами ранее. — Добилась своего?!
— Более чем, — засмеялась она хрипло, однако я не видел в ее глазах радости от того, что правда раскрылась.
Лютая выглядела жалкой и, какой-то, затравленной. Куда делись ее былые замашки королевы?
— Почему ты это сделала?
Я смотрел ей в глаза, кажется, впервые в жизни видя перед собой настоящую Стеллу. Не ту размалеванную и капризную куклу, привыкшую жить за счет других, а именно ее. Волчицу, которая страдала от неразделенной любви.
Да, дорогуша, любить кого-то без взаимности — это то еще испытание, придуманное никак самим богом садизма.
— Сделала что? — Стелла отвернулась, сделав вид, будто не поняла, о чем я говорю.
— Твой послужной список довольно большой. Начнем с того, что ты разрушила наши с братом отношения?
— Ты сам их разрушил. Забыл?
— Не я полез к тебе с поцелуями в том клубе. Забыла? — вернул я, припоминая Лютой ту проклятую ночь. — Ты сама искала со мной встреч после того раза. Я не рассказал Максу не потому, что пожалел тебя, а потому что не хотел, чтобы он страдал из-за такой никчемной волчицы, как ты.
Не рассказал и сделал большую ошибку. Лучше бы брат узнал все из моих уст.
Я был виноват перед ним — поступил, как последний мудила.
— Я устала страдать в одиночку! — Стелла зло сверкнула глазами. — Устала от того, что меня обвиняют во всех смертных грехах! Устала быть должной своей семье! Устала от того, что все вокруг такие хорошие, и только я — плохая.
Ну так веди себя достойно! Кажется, это был крик души железной Стеллы. Но я не верил в ее раскаяние. Эта волчица априори не умела его чувствовать.
