— Готовы нарушить приказ?
— Готов выполнить любой приказ, но здесь… С армией!
Мелькнула предательская мысль, что уже наработанной репутации может хватить, чтобы добиться чего-то в Петербурге. Особенно когда последующие поражения будут некрасиво смотреться на фоне моих первых успехов. Но… От одной мысли, что мои (!) полки, мои люди будут гибнуть просто так, потому что я их предал и бросил — от этого меня просто трясло.
— Это не вам решать, полковник, — мне напомнили мое место.
— Знаете, генерал, как говорят? На войну не просятся, но от нее и не бегают.
— С таким речами вы будете пользоваться популярностью в столице…
Я чувствовал, что Куропаткину плевать на меня, на мои аргументы. Было что-то важное лично для него, в чем я ему мешал, и это перевешивало любые риски. Так, может?..
— Алексей Николаевич, вы же понимаете, что мне плевать на политические очки, которые мне принесет этот перевод, — я решил сделать ставку на свою репутацию, ту, о которой мне рассказал Одишелидзе.
Пусть хоть в этом интриги хитрого грузина принесут пользу.
— Что вы имеете в виду? — генерал насмешливо смотрел мне прямо в глаза.
— Кажется, я не очень хорош в намеках. Давайте лучше прямо, — я рухнул обратно в свое кресло. — Знаете, я ведь читал ваши работы, читал, как вы разбирали подобные кампании, когда одна из сторон по-кутузовски отходит, чтобы собрать силы и потом дать главный бой на своих условиях. Так вот в них вы всегда предельно четко выделяли: нельзя в таком случае соглашаться на малые сражения помимо тех, что необходимы для маневра.
А то враг, почувствовав вкус победы, к решающему моменту станет гораздо сильнее, чем был изначально."
"— Вы не забываетесь, полковник? — новый поворот в беседе Куропаткину совсем не понравился.
— Я вам в лоб говорю. Отправив сначала корпус Засулича, потом Одишелидзе, при этом выделив каждому из них немного меньше войск, чем было у врага, вы фактически гарантировали текущий статус-кво.
Даже без военного гения японцев — а тут они превзошли все ожидания — второй корпус ни разу не мог победить. При этом осторожные командиры гарантировали, что он и не проиграет. Как результат: минимальные потери и отступление с нашей стороны и энтузиазм у японцев. Все по вашим учебникам![1]
— А давайте продолжим, — Куропаткин почувствовал что-то в моем тоне и успокоился.
