И он, конечно, чувствовал, как быстро билось сердце Теодора в грудной клетке, но ничего не сказал об этом, потому что его собственное точно так же сходило с ума."
"А Теодор зажмурился от затапливающего его облегчения, от того, как сразу все стало легко и показалось, что нет больше ничего невозможного – доказать свою невиновность, чтобы ребята ему поверили, восстановить за два дня все декорации, найти того, кто это сделал, и заставить его пожалеть. Когда Кристофер рядом, когда он на его стороне, все словно преображается, и ему бы стоило испугаться того, как он на него действует, какую власть над ним имеет, но он мог только радоваться.
Кристофер поверил ему.
– Ты поверил мне, – озвучил он ему на ухо, и Кристофер немного поежился от горячего дыхания, пряча широкую улыбку на его плече. – Ты потрясающий.
Кристофер отстранился, держась за его талию. Волшебные глаза сияли, когда он смотрел на Теодора.
– Почему тебя это так удивляет? – наивно поинтересовался он.
Теодор растерялся, но при этом не выпустил его из объятий. Наверное, со стороны они выглядели как парочка, когда стояли вот так близко и тихо шептались о чем-то, и от осознания этого кружилась голова.
– Не знаю, просто… Наверное, из-за того, что я сам никому не верю просто так, – задумчиво изучая лицо Кристофера взглядом, медленно ответил он. – Может, потому что никто никогда не верил мне. Ребята… не поверили.
На этих словах Кристофер нахмурился, сжимая пальцы на рубашке Теодора.
– Прости их, Тео, – мягко попросил он, хотя по взгляду было очевидно, что сам не одобрял то, как они поступили. – Они трудились долго над этим. Я представляю, что они почувствовали, когда увидели, что все закончилось вот так, всего за два дня до премьеры. Они не подумали о том, каково тебе.
На лице Теодора проступило огорчение, и Кристофер истолковал его по-своему.
– Им будет очень стыдно, когда они поймут, что ошиблись, – принялся горячо убеждать он его.
– Они обязательно извинятся, и…
– Думаешь, все закончилось? – обеспокоенно перебил его Теодор. – Мы ничего не сможем исправить?
Кристофер на мгновение замер с приоткрытым ртом, а потом поник, грустным взглядом оглядывая зал.
– Я не знаю, Тео, – тихо произнес он. – Когда я спросил об этом мистера Уилсона, он просто отмахнулся. Думаю, даже он сбит с толку и готов сдаться.
