– Должна я ему, ага.
Психанув, я пошла к машине такси, у которой ждал водитель, всё это время внимательно наблюдающий за нами.
- Бросай ты этого бухарика, - вдруг дал он непрошенный совет. – По тебе видно, что баба ты толковая, а этого уже не переделаешь. Жизнь только себе поломаешь.
- Думаете? – усмехнулась я, доставая из машины рулоны обоев. – Наверное, вы правы. Пожалуй, брошу я его.
- Давай, помогу, - мужчина перехватил у меня обои, собрав их в одну руку, как дрова, а в другую взял из багажника большую банку краски.
– Показывай, куда нести.
- Туда, - я показала на крыльцо, где обозленный Титов заворачивался в простыню, аки греческий бог. Подняв взгляд, он увидел помогающего мне таксиста и, кажется, разозлился ещё сильнее.
- Здесь? – спросил мужчина, остановившись у дивана на веранде.
- Да, оставьте здесь, пожалуйста.
Титов, стоя в моих розовых тапочках и бабушкиной простыне, хмуро наблюдал за действиями таксиста слегка заплывшим от укуса мошки взглядом.
А сам таксист вдруг вынул из кармана визитку и протянул её мне.
- Ты звони, если ещё что-то надо будет. У меня ещё грузовая машина есть. Привезу, что надо. Недорого возьму, - он обольстительно мне улыбнулся, чем вызвал у Титова усмешку."
"Да, меня клеит таксист. Да, не так изыскано, как показывают в фильмах, но не Титову давать этому оценку.
- Буду иметь в виду, - улыбнулась я мужчине, взяв у неё визитку.
Таксист принес всё, что я купила, из машины на веранду и уехал, напоследок внимательно осмотрев моё декольте в платье с открытыми плечами.
Всё это время Титов, скрестив руки на груди, стоял в тени яблоки и наблюдал за перемещением таксиста, всем своим видом давая понять, кто здесь бог в бабкиной простыне, а кто ничтожество, помогающий девушке с тяжестями.
Когда такси уехало, я покрутила в руках визитку, прочитала номер и имя Иван, и убрала визитку в бюстгальтер.
- Пригодится, - произнесла я тихо и пошла мимо Титова в дом. Он пошёл следом. Так, будто ему кто-то разрешил, зашёл в дом вместе со мной. – А ты куда собрался, громовержец?
- Спать, - выдохнул он, снимая тапки у порога.
– И насрать мне на комфорт и роскошь. Для того, чтобы поспать пару часов, и твоя кровать сгодится.
- Нельзя у меня спать.
- Почему это?
- А гномы-хуекрады для тебя – шутка, что ли?
- Что ты несешь?
- Предупреждаю, что у меня может быть опасно. Вот уснёшь, расслабишься, а проснёшься без члена.
- Я буду держать его двумя руками.
- Весь сон? – хохотнула я, ярко представив эту сцену.
