Мужчины избавились от обуви и носков, расстегнули верхние пуговицы рубашек, ослабили ремни.
Каждый из них мог не стеснять свои фантазии по условиям сегодняшней игры, но все они были маньяками эстетики, не лишенные здравого смысла и чувства меры. Им было интересней отказаться от сладкого, повинуясь логике и своеобразному ритму происходящего, чем подчиниться своим желаниям и скомкать все несвоевременно откровенной сценой. А еще все они хотели получить от нее максимум эмоций.
Каждый из них знал, что для нее наблюдение за телом и даже секс гораздо лайтовей, чем проникновение во внутренний мир, в ее рабские желания.
И сейчас они делали именно это – без всякой стыдливости раздвигали тонкие створки ее сексуальности и жадно трахали ее мозг, все впятером.
Когда Марго наклонилась, касаясь губами голой щиколотки Димы, на ее глазах выступили слезы. Это правда было первым, что пришло ей в голову. Ей казалось, вот сейчас она полностью беззащитна. Пожалуйста, пожалуйста, только без подначек и оскорблений, мысленно взмолилась она – этого ей не выдержать, и придется использовать заветный «желтый».
К счастью, все зрители молчали.
– Умничка, красивая послушная девочка. Язычком. Полижи, – ласково приказал Дима, внимательно наблюдая за каждым ее движением. Облегченно выдохнув, она с энтузиазмом продолжила.
Тело стало очень мягким и легким, голова – невесомой. Эти мерзавцы отлично знали, что творят, и смогли создать отлично разогревающую атмосферу. В меру опасную, в меру возбуждающую, вызывающую искреннее любопытство и азарт.
Теперь она была достаточно разогретой для того, чтобы играть раскованно. Вокруг нее были мужчины, которым нравилось на это смотреть, и, главное, никому из них никогда не пришло бы в голову осуждать ее или себя. Эти извращенцы вполне искренне наслаждались зрелищем и возбуждались вместе с ней.
Они всецело одобряли друг друга и все, что она делала. Это одобрение было таким же осязаемым, как смесь запахов качественных дорогостоящих мужских парфюмов, которая заполонила все помещение как эксклюзивный дурман.
В полной тишине Марго целовала и лизала одну ногу Димы, затем вторую, пока не ощутила, как клитор пульсирует от рабского, скотского желания быть растоптанной и оттраханной. Почувствует или нет? Макс уже точно понял. И, кажется, она даже слышала его возбужденное неровное дыхание. Что-то подсказывало: он доберется до нее сегодня.
– Хочешь трахаться, маленькая рабыня? – тихо спросил Дима, наклоняясь. Его безжалостная улыбка заставила ее содрогнуться.
