К чертовому Конраду Шульцу! В его компанию «мечты»!
— Не могу больше, задыхаюсь… — прошептала я, не понимая, что произойдет раньше: я упаду в обморок или опустошу желудок прямо на пол авто. — Вот же черт…
— СТЭФАН! — от голоса Шульца едва не полопались стекла. Наверное, Стэфан свернул на пустую встречную полосу скорее от страха, нежели от прямого желания выполнить этой безумный приказ. Водители засигналили и, выкрикивая непристойные ругательства, крутили пальцем у виска, пока Стэфан каким-то невероятным образом свернул на островок для эвакуатора или машин специальных служб.
Авто еще не успело остановиться, когда я на трясущихся ногах выбежала прочь к бортику и, перекинувшись через него, снова и снова опорожняла желудок. По щекам ручьями текли слезы, тело содрогалось от беззвучных рыданий. Легкие судорожно раздувались, будто не могли нахвататься кислорода. Снова и снова меня трясло, будто в припадке эпилепсии или каком-то чертовом приходе, пока позади не послышался знакомый низкий голос:
— Нужно срочно к врачу, Эмми.
Идем, я отвезу тебя."
"И тут по спине будто молнией ударило. Медленно вытерев рот ладонью, я повернулась к Шульцу и гортанно захохотала. А он просто смотрел на меня и ждал, словно какая-то непробивная скала. Чертов алмаз!
— Поехать с вами куда-то? Нет уж, — голос был пропитан истерическими нотками, эхо разносило его по кругу. Но мне было плевать. Я смотрела ему прямо в глаза, пытаясь найти хотя бы немного души, когда чеканила каждое слово: — Знаете, с кем был мой первый секс? С директором дома сирот.
Я трахалась с этим чертовым старым ублюдком, чтобы он отдал мне контракт с «Шульц Индастрис». При этом я честно заслужила его, а не была какой-то идиоткой, скачущей на члене ради краденых балов.
— Мне очень жаль, Эмми, — немного помолчав, Шульц отвел взгляд и свел челюсти так гневно, что до меня донесся скрип его зубов. В тот момент я четко поняла: босс не забудет эту маленькую деталь, директора ждал «привет» из прошлого.
— Жаль? — не на шутку удивилась я, и мой взгляд упал на землю. Туда, где было самоуважение и достоинство. — Вы вообще знаете, что такое «жаль»?! Или жаль, что на его месте не были вы, а?
Шульц сжал кулаки, исподлобья уставившись на меня в ответ.
— Эмми, — голос его настойчиво приказывал закончить «представление» и вернуться в авто, где Стэфан испуганно смотрел прямо перед собой и делал вид, что ничего не слышит.
— Да, я кончила там, в лифте.
