Тот лишь вопросительно приподнял бровь, забавляясь моей реакцией. — Если я захочу покончить жизнь самоубийством в муках, то начну с творчества Умберта Эко!
Шульц развел руки в стороны, будто оправдываясь:
— Чего ты на меня смотришь? Это выбирал не я.
— И не я, — признался Артур, уставившись на Сабину.
На долю секунды на губах голубоглазой блондинки появилась ехидная ухмылочка, но когда на нее посмотрел Конрад, то девочка тут же превратилась в наивного милого ангелочка, пролепетав:
— Если вам трудно читать, то папа может это сделать.
"
"Сабина хоть и была умной не по годам, но житейской мудрости ей еще предстояло нажить. Я приняла ее вызов не из-за желания что-то кому-то доказать, а просто хотела показать девочке, что подобные книги не для семилетнего возраста. Как и ожидалось, на второй странице заснули все, включая Шани.
Все, кроме Конрада…
Он аккуратно встал с дивана, перекладывая голову Сабины с колен на мягкую подушку, а затем укрыл голые пятки Артура зеленым пледом. Мальчик так нежно прижался к сестре, заснув с ней в обнимку, что это зрелище совершенно отвлекло от надвигающегося на меня Конрада.
— Шани, — окликнул он, заставляя женщину моментально очнуться. — Можешь на сегодня быть свободна. Иди к себе. Я уложу детей в постель сам.
— Доброй ночи, мистер Конрад и мисс Эмми, — со странно понимающим и веселым голосом протянула она, быстро ретировавшись из помещения.
Я тоже последовала ее примеру, вскакивая с места, но буквально тут же врезалась в грудь мужчины, не рассчитав траекторию.
Конрад удержал меня от падения за талию, а затем я очнулась сидящей у него на коленях в том же самом кресле. Мои ноги были закинуты на широкие быльца, а голова прижата к мужской груди. И хоть внешне мужчина казался совершенно спокойным, как всегда, грудь его бешено вздымалась, как после бега. Точно так же, как и у меня.
— Никогда не видел тебя такой… — хрипло прошептал он мне на ухо, накручивая на палец выбившуюся прядь. И пока я судорожно раздумывала, о чем именно идет речь, он усмехнулся и добавил: — Домашней.
— Я тебя тоже, Конрад, — без капли лжи заявила я. Образ хладнокровного босса, играющегося с детьми, теперь не выбьешь из моей памяти и битой. Пока я размышляла о том, сколько нового принес мне этого день, мужчина неторопливо поглаживал свободной рукой мою спину, успокаивая то ли себя, то ли меня. — Знаешь, все это так… Странно. У меня ведь никогда не было семьи в привычном понимании этого слова.
