Акт дефекации затягивался, а уж какая вонь стояла от всего, вываленного на землю… У меня даже глаза заслезились, и я вынужденно отошёл в сторонку.
— Э-э-э-э! — как-то напряжённо и очень горестно выдал мужик.
Я снова посмотрел на него, и мне стало жутко. Лицо у «засранца» приобрело нехороший малиновый оттенок. Капилляры, лопнувшие в глазах, окрасили белк и в красноватый цвет. А ноги, согнутые в коленях, конвульсивно задрожали.
— Эй! Слышь, ты чего так напрягся-то? — решил подбодрить его я. — Кишку же высрешь!
Видел я подобное в прошлой жизни.
Приятель один штангу поднял, а кишка взяла и вывалилась от напряжения. Это дело такое, потом вправлять тяжело…
— Э-э-э-э! А-а-а-а-а! — сообщил мужик, напрягаясь ещё больше.
— Ты ваще в порядке, приятель? — решил спросить я, переборов брезгливость и сделав шаг вперёд.
И в этот самый момент мужик вдруг вздрогнул, выпучил глаза ещё больше…
А затем плашмя завалился прямо на кучу, которую сделал.
Устремлённый в вечность взгляд говорил о том, что пульс можно не проверять.
Но я всё же, зажав нос, прощупал. Для верности. А вдруг просто придуривается, чтобы улицы от говна не чистить?
Нарушители — они люди такие… Многие не гнушаются и в собственное дерьмо вляпаться, лишь бы чужое не убирать. Помню, Пробка в своё время одного «говнодела» ловил… Так этот засранец от него рванул, как есть, с приспущенными штанами. И даже дело не доделал.
И ничего! Как на бегу доделал в штаны, так и натянул их. Своё-то, как известно, не пахнет.
Всё равно поймали, конечно… Но делали это с чувством глубоко отвращения к объекту поимки.
Однако же нет…
Этот был действительно мёртв. Совершенно мёртв. Прямо даже удивительно! Впрочем, из него столько вывалилось, что он должен был умереть, как минимум, от внезапного истощения. А так, небось, перенапрягся — вот сердце и не выдержало. Все признаки на лицо, можно сказать!
Выпрямившись и отступив на пару шагов, я потянулся к поясу… И уже в который раз мысленно себя обругал. Тянусь к рации, которой нет.
Вот поэтому полиция и ходит теперь парами. Один сторожит место преступления, второй — бежит в участок за подмогой.
Но я был один!.. Мне простительно: я же на отчёт к Кукушкину ходил. И ведь дёрнуло меня по злачным переулкам пройтись…
Я начал стучать в ближайшие капсулы в надежде, что кто-нибудь откликнется. Но либо внутри никого не было, либо полиции решили не открывать.
Я прикинул, сколько идти до участка, и понял: легче самому быстро сгонять и привести ребят.
