В конце концов, кто-нибудь точно спросил бы: а чего это Нуб тут раскомандовался?
Да я вообще не до конца верил, что эти пришлые нас примут… А уж после того, как меня встретили, и вовсе. Короче, всё пошло по одному месту… Но, может, так даже лучше? Правда, я и от первого похода устал, как собака…
А шли мы быстро! Реально быстро! Кострома, которая вела отряд, похоже, такого слова, как «жалость», не знала. И я её даже понимал: когда солнце спрячется, вокруг будет кромешная тьма. А ходить по лесу в кромешной темноте — плохая идея.
Я вот ходил совсем недавно… Чуть глазом на ветку не напоролся.
Ноги гудели и ныли. Нутром чую, завтра они будут болеть так, что я прокляну все пешие прогулки на свете! Мы-то с ребятами редко выходили из убежища. Даже в лес старались лишний раз не вылезать. Как пять человек потеряли, так сразу поняли: из пещеры лучше не высовываться. Ну, пока голод, который не тётка, вконец не прижмёт.
И, если честно, я за это время форму сильно растерял.
Вон, дыхалка уже сбоит на ходу…
Надеюсь, моих всё-таки получится вытащить. Ради этого я готов потерпеть. Лишь бы никто в самоволку не ломанулся! Хотя баллы-то мы почти все спустили… А новые ещё неизвестно, когда придут, и сколько придёт. Думаю, бежать за мной всё-таки пока не станут… Выждут день или два.
Баллы нам в последние месяцы начисляли, но молча. Узнавали мы о них, только добравшись до Алтаря Вознаграждения. СИПИНы не отвечали, а экран нам, как это было у пришлых, никто не активировал.
Когда я с ними пообщался — догадался, что СИПИНы нас просто бросили. Выкинули, как сломанную игрушку. Не, ну их машинную логику можно понять, но обидно же…
Наша группа выживала из последних сил, а там, где-то на северо-западе, жизнь била ключом! То работорговцы нагрянут, то большие черепахи придут, то бестии передерутся, то японцы угрожают. Даже жалко, что я столько всего пропустил…
Вот так, отвлекаясь на мысли, я и дошёл к своим.
И даже ни разу не пожаловался на усталость! Не хотел, чтобы стыдно было. И тормозить остальных не хотел.
Шёл, механически переставляя ноги. Хорошо, что за окрестностями следила Кострома и другие опытные ребята.
А потом был подъём по мокрому руслу. И были радостные крики моих:
— Нуб вернулся!
— Народ, он живой! Вернулся!
— Там с ним люди!
А вот чего я не ожидал — так это что мои не захотят уходить.
