Кого-то даже зацепили. Но с нашими арбалетами, сам знаешь, на точность рассчитывать не приходится… А японцы во время переправы прятались за своими плавсредствами. В общем, как узкоглазые реку пересекли, Дмитриев своих и увёл.
— Погоня была? — уточнил я.
— Да кто знает-то? Отсюда саму площадку вокруг вышки не видно. Да мы и не вглядывались: надо было за своим участком во все глаза следить. Если честно, вообще сегодня не очень спали… Японцы же и на нас напасть могут, да?
— Могут, — согласился я.
В этот день никуда мы дальше не пошли. Во-первых, скоро должно было стемнеть. Во-вторых, впереди на день пути не было таких же удобных укреплений. Ну если не считать захваченной врагом вышки, где даже форта не было — зато имелись японцы…[a1]
В общем, нормально переночевать мы могли лишь здесь. За ужином я предупредил своих о ночных дежурствах. График составили вместе с Хир-Си и Весёловым. Правда, в этот процесс тут же попытался влезть Паша, но на него забили: не до его амбиций было.
Видимо, для несчастного революционера это стало последней каплей. И, подойдя ко мне после ужина, он решил расставить все точки над «i».
— Вано, слышь, а чего ты нас так не любишь? — задал он именно тот вопрос, который мог задать лишь пламенный сторонник народовластия. — Мы тебе же ничего не сделали!
— Уверен? — уточнил я. — Или всё-таки успели что-то сделать?
— Да не делали мы тебе ничего! — яро тараща глаза, сообщил Паша.
У него за спиной маячила нахмуренная Сандра.
А за её спиной — два ближайших помощника Паши, которые называли себя Гоген и Красный. И если обычно я старался выяснить причину, почему кого-то зовут так, а не иначе — любопытно же! — то в их случае решил, что мне фиолетово.
А вот пообщаться с ними «за жизнь», как говорит Мелкий, можно было…
— А вы, парни, тоже думаете, что ничего не делали? — спросил я Гогена и Красного.
На что услышал от всей Пашиной братии клятвенные заверения, что ничего, никогда и вообще.
Даже от Сандры, хотя её я как-то и не спрашивал…
— Тогда скажи-ка… А кто во фразе «Не дай руководителям-мироедам на тебе наживаться» является тем самым руководителем-мироедом? А, Паш? — поинтересовался я.
— Мы образно писали! — возмутилась Сандра. — Это же не кто-то конкретный!
— Это чисто образ! — тут же согласился с новой соратницей Паша.
— Ага… — я покивал, решая, стоит ли опускаться до объяснений, и в итоге решил, что можно и попробовать.
